В объятьях звёзд (СИ)

Куда это приведет?

Но мужчина как-то странно не напирает. Поправил бельё, правда, ягодицы помял и сейчас просто гладит спину. Лежит на боку и смотрит. Даже сквозь закрытые веки чувствую этот пронизывающий взгляд васильковых глаз.

— Осталось немного, Лан, — спокойный голос, даже хрипотцы нет. — Перевернёшься?

Мотаю головой. Я ведь сама могу забрать кольцо и себя пощупать. И грудь, и живот, и шею, что там. Перед зеркалом даже встану. Нет на мне маячка.

— А если ты не найдёшь жучок? — сиплю и распахиваю веки.

Асад смотрит спокойно, ласково немного и волосы перебирает, чтобы хотя бы часть лица видеть.

— Какой следующий способ поисков? — получается немного грубо. Даже обвинительно. И я сама виновата, что не остановила. А теперь вываливаю злость на себя на Асада.

— От сканирования в капсуле ты отказалась, — этим голосом можно солнце заморозить. Настолько ледяной, просто убийственный.

Перекатываюсь на спину и вытягиваю вперёд руки. Пусть заканчивает начатое. Асад медлит. Нависает, теперь смотря только в глаза.

— Тебе ведь понравилось. И я ничего не требую. Что не так, Лана?

— Понравилось, просто это…

— Приятный бонус к неприятному осмотру, — перебивает мужчина, оставляя лёгкий поцелуй на губах.

— Больше ничего. Осталось немного.

— Как всё просто для тебя, — вздыхаю и просто киваю.

— Совсем не просто. Знала бы ты, какая это пытка: трогать, касаться и ничего больше, — откровенничает Асад, подушечками пальцев гладит по шее, очерчивает выпуклую венку, проводит по ключицам и ямочке у горла. — Ты красивая, кожа бархатистая, упругая, податливая. Отзываешься на одно лишь касание, воспламеняешься лишь от взгляда. Идеальная. Моя. И мне не просто держать себя в руках.

Тем более после того, как я вкусил твоё наслаждение. Безумное, яркое.

— Асад, — перебиваю, его пальцы дольше обычного очерчивает ореолы груди. Возбуждая, распаляя и мучая. Закрываю лицо руками и мотаю головой.

— Остался живот, и я уберусь из каюты, — обещает этот недоэльф и накрывает живот.

Ласкает под грудью, водит всей ладонью, даже пупок не забывает. Меня уже бьёт в лихорадке. Это безумие, но я хочу его оставить. И.. поддаться. Отдаться. Не важно.

— Маячка нет, — резюмирует то, что я знала часа полтора назад.

Асад укрывает меня одеялом и тянет за руки, чтобы взглянуть в мои бесстыжие развратные глаза. Потому что я себя таковой и считаю.

— Уходи, пожалуйста, — шепчу не то, что хочу. — Просто дай мне одеться.

— Уйду, — соглашается Асад, и мне от этого простого слова холодно становится. Закусываю губу, кутаясь сильнее в одеяло. —- Но приду через десять минут, и пойдём ужинать.

Тихо хлопает дверь. Мне никогда не понять этих инопланетных мужчин. Да тут себя едва удаётся.

— Заглохни, Сер! — рявкает холодом Асад.