Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]

Хозяйка устроилась спиной к окну и взмахом руки предложила своему помощнику сесть напротив. Он без смущения принял приглашение. И я задумался, насколько здесь пренебрегают условностями и этикетом, раз работник может так запросто ужинать за одним столом с управляющей конюшнями. Я внимательно присмотрелся к парнишке и отметил, что одежда на нем была крепкой, но не из дорогой ткани. Скорее добротной. Как и кожаные сапоги, носки которых немного сбились, но пятки не потеряли форму.

Коля был загорелым, с выгоревшими на солнце прядями аккуратно остриженных волос. Когда он улыбнулся, то показался совсем мальчишкой, но я слишком хорошо запомнил его взрослый взгляд, который он бросил на меня перед тем, как погас свет. Как и цвет глаз парня.

Это было странно. Вряд ли Коля был не человеком. Потому что тогда его не пустили бы сюда защитные руны. Да и подаренное Александром Морозовым кольцо никак не реагировало на Колю. Хотя мне уже начало казаться, что подарок попросту не работает в нашем мире. Поэтому я решил расспросить Авдотью про все замеченные мной странности. Но не сейчас. После ужина.

— Давайте поблагодарим Искупителя за то, что он дал нам этот день, — произнесла девушка перед тем, как приступить к трапезе. — Я благодарна за то, что дорога привела вас к нам. Вы оказались поблизости и отбили лошадь от волков.

— Она будет в порядке? — обеспокоенно уточнил Зимин. — Раны выглядели угрожающими.

— Лекарь сказал, что благодаря льду, который ваш миньон приложил к местам укусов, животное не истекло кровью. У меня бы не вышло доставить ее сюда без вашей помощи.

— Но отбить ее у стаи вы сумели бы, верно? — не смог смолчать я.

— Скорее всего да, — не стала отпираться девушка и улыбнувшись, продолжила, — Я живу здесь очень давно. Лес знаю. Волков не боюсь.

— А болота вас не пугают? — не стал ограничиваться в вопросах я.

— Меня пугает, что молодая кобыла не сможет вытолкнуть из себя слишком крупного жеребенка. Беспокоит, что в дальнем колодце вода становится солоноватой, — отозвалась Авдотья. — Я переживаю о том, чтобы мы смогли запасти достаточно сена для зимы, чтобы крыша в амбаре не протекала и зерно не заплесневело, чтобы генераторы не подвели. Как вы понимаете, господин, у меня хватает забот, кроме того, чтобы думать о болотах, к которым наши конюшни не имеют никакого отношения. Мы находимся от этих мест достаточно далеко, и мошка или вредные испарения до нас не добираются.

— А как же болотный народ, о котором говорят деревенские? — не унимался я.

— Вот их и спрашивайте об этом народе, — девушка подвинула к себе тарелку. — Я недолго прожила в деревне. Да и за пределы двора Никон меня никогда не выпускал. В его доме я исполняла всю возможную работу, которая была мне по силам.