Длинная дорога на запад

Мне кажется, проще будет им уйти в бега, ваш человек будет знать, куда им податься. И мне кажется, что так даже лучше, неплохо сыграет на руку легенде о вашей ортодоксальности.

– Так мы еще и ортодоксы?

– Я имел в виду не религиозные ортодоксы, а просто люди несколько необычных взглядов на жизнь. Как-то вас обозначить надо. Назвать вас прибрежным анклавом или даже полуэкславом как-то слишком занудно, по чиновничьи, что ли. А так – коалиция людей с ортодоксальными взглядами. По-моему нормально.

– Я думаю нам пока об этом говорить рано. Хотя я бы, честно говоря, предпочел что-то типа Загорской области Русского государства.

– За горами потому что.

– Тоже верно, так и доложим руководству. Но сейчас это название не подходит. Все должно говорить, что мы тут ни при чем. ПРА я имею в виду. Ну а насчет оказания помощи... Я думаю, что какая-то помощь будет обязательно, но честно говоря, пока не знаю. Врать не буду, просто не в курсе. Видимо уже на месте все встанет на свои места. Ты еще наговоришься на подобную тему. Нам с тобой есть о чем поговорить и кроме политики. Расскажи лучше о себе. Мы с тобой как расстались после окончания академии, так и потеряли друг друга.

Я хоть иногда через кадровика узнавал, где ты и что с тобой, но подробностей не знал.

Маловато конечно времени было отпущено в этот раз, для людей, которым есть что вспомнить. Молодость всегда вспоминается с удовольствием и даже мужчинам может не хватить времени, чтобы все рассказать и все выслушать. Незаметно в этих воспоминаниях опять стали появляться моменты, связанные с действительностью. А все пошло после того как Родимцев стал вспоминать вторую чеченскую компанию на которую ему пришлось выезжать со своими подчиненными.

Чирняков тоже участвовал в боевых действиях в Чечне и не понаслышке знал, как те действовали и какими методами против подразделений русских воюющих на их территории. Но его заинтересовали способы проникновения чеченских боевиков на территорию контролируемую русскими. Поэтому попросил более подробно остановиться на этом своего друга.

– Одним из наиболее удобных способов прохода блокпоста – стал рассказывать Родимцев – был проход в составе так называемой семьи. Представь себе едет тележка с осликом, в которой сидит женщина с маленьким ребенком, завернутым в тряпки.

Рядом с ней сидит, толи старик, толи мужчина, косивший под старика, сразу не поймешь. За тележкой парнишка шлепает лет четырнадцати на вид, который тянет за собой козу. Едут по их словам к родным, которые живут в поселке. Естественно он, мужчина, знает и фамилию и где живут и все остальное, что касается этих родных. Посмотрев документы и проверив тележку, заставив предварительно слезть с неё всех, и ничего запретного не обнаружив, часовые пропускают семью дальше.