Дорогая Жасмин

Безбородое лицо изумленно сморщилось, но тут же разгладилось и стало абсолютно бесстрастным, прежде чем граф успел что-то заметить. Джеймс Лесли растянул губы в волчьем оскале.

— Передай хозяйке, что я здесь, Адали, — приказал он. — Погоди! Я передумал! Отведи меня к ней! Стоит мне замешкаться, как она снова исчезнет из-под самого моего носа.

Адали привел графа и Фергюса в маленький зал, где было тепло и уютно. Мадам Скай расположилась у одного из каминов в кресле с высокой спинкой, вытянув ноги к огню. В руке она держала серебряный кубок.

Сбоку от нее стояли высокие сапожки. А подле бабушки на табурете сидела Жасмин. Мать четверых детей, в свои двадцать пять лет она выглядела юной девушкой. Он никогда раньше не видел, чтобы она так причесывала темные волосы, — длинная толстая коса, перевитая красной лентой, спускалась до самого пола.

Взгляд графа на мгновение смягчился, но тут же вновь стал беспощадно жестким.

— Граф Гленкирк, принцесса! — объявил Адали. Вдовствующая маркиза Уэстли испуганно вскочила.

— Вы! — со злостью прошипела она.

— Как видите, мадам, — произнес Джеймс, очевидно, не осознавая всей силы ее ярости. — Вы заставили меня немало погоняться за вами, но я сумел выследить добычу.

— Убирайтесь из моего дома! — закричала Жасмин. — У вас нет никакой власти надо мной! Здесь, слава Богу, Франция, а не Англия, и я не ваша подданная!

— Прошу прощения, мадам, но король Англии еще два года назад приказал нам обвенчаться, и в настоящее время ведет переговоры с Людовиком насчет брака между принцем Карлом и сестрой короля.

— Король Яков желает получить в жены наследнику испанскую инфанту, донью Марию! — воскликнула Жасмин.

 — Даже до здешней глуши доходят новости.

— Хотите поспорить со мной относительно планов повелителя? — осведомился Гленкирк. — Вы жена, избранная для меня королем Яковом, и я не пойду против его воли, мадам. Помните, я опекун ваших детей.

— Точнее, Чарлза Фредерика Стюарта, — возразила Жасмин, — хотя я не понимаю, почему король посчитал, будто мой сын нуждается в опекуне.

— Ошибаетесь, мадам, отныне я опекун всех ваших детей, — ошеломил ее граф.

 — Ваши непокорство и капризы убедили короля, что вы не способны воспитывать своих отпрысков надлежащим образом. Теперь от меня зависит будущее не только Чарлза Фредерика Стюарта, но и юного Уэстли, леди Индии и леди Фортейн Линдли.

— Подлый ублюдок! — окончательно рассвирепела Жасмин.

— Это клевета, мадам, — невозмутимо ответил Джеймс. — Мои родители были обручены несколько месяцев и обвенчались по крайней мере за десять минут до моего рождения.