Дорогая Жасмин
— Да, мы можем поднять подвесной мостик, хотя так давно не делали этого, что сомневаюсь, работает ли механизм. Кроме того, у нас нет еды. Сейчас весна, и урожай еще не созрел, а все зимние припасы почти кончились. А мои люди? Почему я должен подвергать их такой опасности? Наемники Сен-Дени не задумываясь прирежут скот и разорят поля. Я не допущу этого! У нас нет иного выхода!
— Но мы не можем оставить детей, — запротестовала Жасмин, — а малыша нельзя брать с собой! Сен-Дени захватит их и использует против нас!
— Для его целей важны только наследник Гленкирка и маленький Стюарт, — вмешалась Скай.
— Верно, — согласился граф. — Он может привести с собой армию и все-таки не найдет нас. Моя семья достаточно велика, и мы будем гостить у родственников по очереди. Сен-Дени не знает здесь ни одного человека, и ему никто ничего не скажет, особенно когда разнесется слух, что нас преследует враг.
— Но что, если наемники, не найдя нас, станут жечь и убивать? — встревожилась Жасмин.
— Сомнительно, дорогая Жасмин, — покачал головой граф Гленкирк. — Он получил право арестовать нас, но и только. Если же он попробует опустошить наши земли или позволит своим людям их разграбить, его ждут большие неприятности. Кроме того, маркиз не собирается мародерствовать. Ему нужны мы. Но он получит весьма огорчительные сюрпризы: украденные лошади; глотки, перерезанные под покровом ночи; ни крошки еды.
— Я отправлюсь на юг с Велвет и ее семьей, когда они соберутся совершить ежегодное паломничество, — добавила Скай. — Юные Линдли проведут лето в доме отца, и всем это покажется вполне естественным.
— Передай моему брату Чарли, что я прошу его поехать вместе с детьми в Гэдби. Он сумеет их защитить, — сказала Жасмин, и Скай окинула ее негодующим взглядом.
— Бабушка, прости меня, — воскликнула Жасмин. — Я должна была знать, что ты не сможешь отстоять ребятишек.
— Я играла в эти игры задолго до твоего рождения, дорогая девочка.













