Дорогая Жасмин

В брачные контракты моей матери, да и вашей тоже, несомненно, были включены подобные условия. Я бы предложил сделать это немедленно, но не уверен, что договор, подготовленный французским адвокатом, будет иметь законную силу в Англии. Наверное, нам стоит подождать до возвращения на родину.

— Пока документы не составлены и не подписаны, о свадьбе не может быть и речи, — предупредила Жасмин.

— Естественно, мадам, — вежливо поклонился Джеймс. Скай подцепила на вилку кусочек крольчатины и принялась энергично жевать, не пропуская, однако, ни единого слова из перепалки внучки с графом Гленкирком.

Джеймс Лесли, очевидно, решил последовать ее совету, но Жасмин отнюдь не собиралась сдаваться. Почему она считает, что Лесли ее враг? Будь Скай на двадцать лет моложе и не замужем, вряд ли удержалась бы от искушения расставить графу любовные силки!

Старая леди оставалась невозмутимой.

— Я не шучу, Джеймс Лесли, — процедила Жасмин.

— Нисколько не сомневаюсь, мадам, — сухо отозвался граф.

— В таком случае мы завтра же отправляемся в Англию, — заявила Жасмин.

— Нет, мадам, не завтра, а через неделю. Ваша бабушка нуждается в отдыхе и, кроме того, покинула свой дом едва ли не на следующий день после похорон мужа! Не мешало бы подумать и о ней! Откровенно говоря, я предлагаю возобновить знакомство на нейтральной территории.

— Вот как, сэр? И что же вам необходимо узнать обо мне? Я хороша собой, богата, в моих жилах течет королевская кровь. У меня было два мужа и любовник, принц Уэльский. Я мать четверых детей и много лет назад дарила вам неземные наслаждения в постели. Разве можно желать большего?

— Верно, мадам, — стиснув зубы, выговорил граф, — но мне очень хочется знать, не кроется ли под маской горделивой и бессердечной стервы, какой вы, по-видимому, успели стать, та очаровательная, милая женщина, которая покорила меня когда-то, дорогая Жасмин.

Очевидно, вино попало Скай не в то горло: она поперхнулась и громко закашлялась.

— Да как вы смеете говорить со мной подобным образом, надменный шотландский ублюдок? — взорвалась Жасмин, багровая от ярости.

— Наоборот, мадам, как посмели вы обращаться ко мне в столь пренебрежительном тоне? Я ваш будущий муж!

— Как только мы вернемся в Англию, я упаду перед его величеством на колени и буду молить об отмене приказа.

— А я попрошу вас не делать этого. И вы сами прекрасно знаете, что так оно и будет. Вы только разгневаете его своими неуместными просьбами. Король терпеть не может, когда кто-то, особенно женщина, оспаривает данные ему Господом права неограниченной власти. Он принял решение и не отступит. И дело не в нас с вами, Жасмин! Речь идет о первом внуке короля, юном Чарлзе Фредерике Стюарте. Правда, он родился вне брака, но Стюарты заботятся о своих отпрысках.