Дорогая Жасмин

— Шотландцы всегда надевают килт, когда идут в бой, а я приготовился к поединку с вами.

Его рубашка была распахнута на груди, и Жасмин заметила поросль темных завитков. Ее взгляд остановился на длинных сильных ногах, тоже поросших волосами. Колени не были костлявыми, как у большинства мужчин.

Опустив глаза, Жасмин перевела дыхание. Она ведет себя как течная сука! Почему ей то жарко, то холодно? Что там говорила бабушка насчет весны и жажды счастья?

— Вы, милорд, как обычно, чересчур самоуверенны, — пробормотала она, пытаясь принять равнодушно-пренебрежительный вид.

Однако Джеймс лишь понимающе рассмеялся.

— Я умираю от желания поцеловать эту маленькую родинку, дорогая Жасмин, — объявил он и, прежде чем она сумела увернуться, прижался губами к соблазнительной темной родинке над верхней губкой, которой наградила ее природа.

— Какая дерзость, сэр, — упрекнула она, отталкивая его. — Пора начинать игру!

Жасмин уселась на стул с вышитой спинкой у камина и жестом велела Джеймсу устроиться напротив.

— Приступайте, — предложила она. Он передвинул фигуру. И тут взгляды их встретились.

— Не слишком остроумное начало, — усмехнулась она, хотя ее ответный ход также не отличался изобретательностью.

Но скоро игра завязалась по-настоящему. Жасмин осыпала противника язвительными уколами. Тон ее был снисходительным и чуть презрительным. Казалось, Жасмин призвала на помощь все свое искусство, и Джеймсу в голову не приходило, что она осторожно подводит противника к тому моменту, когда он неизбежно возьмет ее ферзя и выйдет победителем.

Наконец она сделала очередной ход, но тут же тихо выругалась и протянула руку, чтобы исправить положение. Однако Джеймс, покачав головой, остановил ее.

— Но я ошиблась, — заупрямилась Жасмин. — Отвлеклась на минуту и перепутала. Неужели вы не позволите мне взять ход обратно? Это несправедливо, Джемми!

— Вы отняли пальцы от фигуры, — спокойно возразил он.

— Но я нечаянно, — настаивала Жасмин.

— Будь вы на моем месте, неужели позволили бы переиграть? — спросил Джеймс.

Жасмин закусила губу.

Джеймс Лесли молча передвинул ферзя из белого оникса, взяв в плен ее королеву. Жасмин вскочила и попыталась убежать, но Джеймс оказался проворнее и, обвив ее талию, привлек к себе.

— Нет, мадам, вы не уйдете, пока полной мерой не заплатите проигрыш, — прошептал он, сжимая другой рукой ее грудь. Теплое дыхание шевельнуло непокорную черную прядку, и по спине Жасмин прошел озноб.

— Я-с-мин, — медленно произнес Джеймс имя, данное ей при рождении, — как я стремился завладеть тобой вновь! Я так и не забыл ту ночь, которую мы провели вместе много лет назад.

Большой палец теребил крохотный сосок, пока он не сжался и не затвердел.

— Слуги… — задыхаясь, запротестовала Жасмин.