Я еще граф. Книга #8 (СИ)

Может, попросить его поспаринговать со мной?

Девушка стрельнула в меня осуждающим взглядом.

— Даже не думай, — пробубнила она в кружку. — Хочу целого молодого человека.

— Да я же пошутил… Ну или пусть девчонки с ним поспарингуют, а я посмотрю.

— Ты издеваешься, да? — поставила она кружку на стол. — Утро только началось, а ты мне настроение портишь.

— Прости, видимо, я не мастер шуток, — улыбнулся я. — Кстати, ты уже придумала, как мы будем переезжать?

Надя быстро поменялась в лице и приняла рабочее состояние. Достав из кармана небольшой блокнот (интересно, она его и в душ носит?), она полистала его и по-деловому закинула ногу на ногу.

— По большому счету, у нас все готово, — сказала Надя. — Надо только понять, кто останется в Москве управляющим в поместье, да и за деревней присмотрит.

— Я бы не хотел никого оставлять из тех, кто сейчас с нами, — честно признался я. — Нужен кто-то проверенный, но новый человек, а таких у меня в знакомых почти нет.

— И у меня. И к тому же Ковальский хочет с тобой переговорить насчет фундамента. Мол, там есть несколько нюансов, но он не может дальше работать без твоего разрешения.

— А твое чем не подходит? У тебя же полные права, как представителя рода.

— Не знаю. Иннокентий Яковлевич говорит, что будет решать это только с тобой.

— Вот как… Ладно, поговорю с ним на досуге.

Даже странно, почему он не захотел обсуждать это с Надей.

В конечном счете, у нас встало две проблемы. Найти подходящего человека с достаточной компетенцией, которого можно оставить в Москве и не боятся, что что-то может произойти.

Блин, а это реально проблема не из легких!

Вторая беда с Ковальским и его «обследованием» фундамента. Как-то вообще вылетело из головы, что он до сих пор копошился у меня в подвале.

После завтрака я быстренько переоделся и попросил Данилу подбросить до института.

По дороге позвонил второму Трофиму и рассказал про условия Нади, и что она в скором времени с ним свяжется и приедет посмотреть на дизайн квартиры. Он согласился.

После я хотел еще звякнуть Ковальскому, но догадался, что разговор выйдет долгий, и в последний момент набрал Машу.

Она меня огорошила тем, что на днях к ней собирается ее маменька, и еще в тот самый момент, когда мои домочадцы уедут домой, а люди Кутузова покинут поместье и разъедутся по казармам.

— Кровь из носу хочет с тобой познакомиться!

— А чья кровь будет? — уточнил я.

— Очень смешно, граф Кузнецов! — зашипела она. Надо бы мне держать язык при себе, когда приеду знакомиться с ее мамашей. А то плохое чувство юмора может быть наследственным. — Хм… даже как-то непривычно называть тебя графом…

Также я обрисовал ей мероприятие в кругу друзей, и Маша заверила, что ее маменька доберется до нас к этому времени. Я уже подъезжал к институту, и мы попрощались.