Я случайно, господин инквизитор! или Охота на Тени

— В самом деле, крупа… Простите меня, молодой человек! Я сейчас вам новый чай принесу!

— Да я лучше водички попью, спасибо, — сдержанно ответил Морис, отставляя чашку с заварившейся кашкой и стоящей в ней вертикально ложкой в сторону, откусил большой ломоть от мясного пирога.

Я снова покачала головой.

— Мам, ну как так можно?

— А чего оно все такое одинаково белое? — обиженно возмутилась Лесания.

— Действительно, — понимающе кивнул Морис. — Придумали тут одинаковую сыпучую субстанцию, а потом удивляются, что люди путают.

— Вот именно! — горячо поддакнула Лесания.

— Вот вы все понимаете, молодой человек! Флора, а ты замуж за него выйти не хочешь?

Теперь уже я подавилась чаем с печеньками и откашливалась очень долго.

— Ну что — мам? Предложить уже нельзя, — пожала она плечами. — А вдруг согласится? Да вы не пугайтесь так, молодой человек, я вас не заставляю! Ну, просто, вдруг вам эта идея по душе придётся?

Морис не был похож на испуганного человека. Он просто очень сильно старался не заржать в голос.

— Я всерьёз подумаю над этим, — важно кивнул он, игнорируя мой испепеляющий взгляд.

— Вот вы подумайте, как следует подумайте! — горячо заговорила Лесания. — Флорочка, между прочим, отличный некромант!

— Н-да, я уже в курсе, — пробормотал Морис, пряча улыбку в белой чашечке с голубой каёмочкой.

— Ну вот! А знаете, это очень удобно, когда ваша жена — некромант!

— Да что вы говорите?

— Да! Вот вы ее обидели — она вас прибила случайно, так потом сама же оживит, когда отойдет от гнева! Очень удобно, точно вам говорю.

— Советуете попробовать?

— Категорично рекомендую, — важно сказала мама, прижав обе руки к груди.

Я уже не знала, куда мне деваться от стыда. Сидела с выражением "рука-лицо", опасаясь смотреть на веселящегося Мориса. Интересно, мне от него потом влетит за всю эту вакханалию, или он зачтет за отличное развлечение и будет спокоен? В конце концов… чего можно ожидать от самого духа хаоса, верно?.. Ну не спокойного же чаепития с печеньками.

Глава 42. Это семейное

— Ма-а-а-ау-у-у! — раздалось очень громкое и очень жалобное у наших ног, пока мы пили чай.

Я нагнулась и почесала за ушком персидского кота, который распластался под столиком на коврике, раскинув лапы в стороны.

Его приплюснутая мордочка печально взирала на Мориса, всячески выражая вселенскую скорбь и тоску.

— Голодный, что ли? Может дать ему кусочек пирога? — спросил у меня Морис.

— Ой, не обращай внимания, ты тут новый человек, а коты у всех гостей еду клянчат и всячески изображают жертвы агрессивных хозяев, держащих животных на голодном пайке, — усмехнулась я. — Поверь, это не так.

— Верю, — с улыбкой сказал Морис.