Я случайно, господин инквизитор! или Охота на Тени

Мне сказали, что решение о моем переводе принять можете только вы.

Губы Эрика подрагивали в улыбке.

— Чем больше сложностей мы встречаем на пути, тем сильнее становимся, мисс Габруа. И если ранее у меня еще были какие-то сомнения по поводу правильности вашего распределения, то теперь я в своем решении окончательно утвердился. Хороший инквизитор должен уметь переступать через любые препятствия. В том числе — межличностные. Учитесь контактировать и работать со всеми. Морис — прекрасный куратор, он за своих подопечных всегда горой стоит. И уж поверьте, он никогда не причинит вам зла.

У него сложный характер, он вспыльчивый и эмоциональный, но он не тиран, и он справедливый руководитель.

— Насколько хорошо вы его знаете, что так твердо уверены в его, хм, приличности? — сощурилась я.

— Достаточно хорошо.

— А кем он вам вообще приходится? — спросила и только потом сообразила, что вопрос звучит неприлично и назойливо. — Ох, простите, я не должна спрашивать о таких вещах, это не мое дело…

Но Эрик ответил. Не сразу правда. Он неспешно допил кофе, поставил пустой стаканчик на стол и коротко ответил:

И уставился на меня крайне заинтересованным взглядом в ожидании реакции.

В повисшей гробовой тишине было слышно только, как тихо жужжит муха, вьющаяся под потолком вокруг люстры.

Если бы я умела, то с удовольствием превратилась бы сейчас в муху и драпанула бы в приоткрытое окошко. Потому что так глупо не чувствовала себя, даже когда наглаживала Мориса в облике кота в столовой на виду у всех инквизиторов.

Сыном, мать вашу… Могла бы и догадаться, Флора!! В конце концов, у них даже глаза одинаковые и черты лица похожи, если присмотреться… С чего ты вообще взяла, что он какой-нибудь дядя?!

Я кашлянула и неуверенно поднялась на ноги.

— Ну… Я, наверное, пойду, да?

— Хорошего вам дня, мистер Кларксон, — пробормотала я и пулей вылетела из кабинета.

В коридоре прижалась лбом к холодной стене и несколько раз тихонько постучалась головой об эту самую стену. Вот сейчас я ощущала себя той самой классической дурочкой-блондинкой, за какую меня изначально принял Морис. Может, не так уж он и ошибся?

Так, ладно… Спокойно, Фло, ничего страшного не произошло. Ну… Почти.

Теперь главное, чтобы об этом моем позоре не узнал Морис.

Глава 23. О тормозах и рамках приличия

Я смотрел, как за смущенной Флорой закрывается дверь, чувствуя, как меня распирает от целой бури эмоций.

Задумчиво глянул на отца. Хотя смотреть на него с потолка, да еще глазами мухи, было не очень удобно.

— Спускайся, Морис. Я знаю, что ты тут.

Я мысленно фыркнул и отлепился от люстры.

— Как ты меня все время вычисляешь? — спросил, когда приземлился на стол и вернул себе свой облик.

Не сразу, правда, а с секундной задержкой вернул.