Кьянти для невесты

Дьявольски красив, подлец! И как же сексуален…

Но не будем отвлекаться.

При моём появлении Роман поднялся с дивана, чем вновь удивил: его хорошие манеры хорошеют с каждой минутой! Скоро начнёт предлагать прохладительные напитки.

Роман кивком приказал мне сесть в кресло и снова, как и в приёмной, с интересом уставился на меня. Словно прикидывал, по какой траектории полетит моё тело, если сейчас он выбросит меня в окно.

- Вика, сдаюсь, - вдруг сказал Роман. - Ты проявила смекалку, напрягла людей, чтобы заставить тебя выслушать. О’кэй, говори.

- Что? Кого я напрягла? Не понимаю…

Без свидетелей мы снова на «ты»?

- Не понимаешь, Вика? Правда? Да вся Европа встала на уши, чтобы составить тебе протекцию! Мне из Испании позвонила мама. А ей в свою очередь из Швейцарии позвонила подруга – некая Маргарита. Подруга страстно просила маму на меня повлиять. Маме я, конечно, отказать не могу. Хорошо, так и быть, я тебя выслушаю. Начинай.

Так вот оно что! Я-то думала, что директор сменил гнев на милость, поддавшись моему женскому очарованию. Ведь сейчас в приёмной я посылала ему импульсы – такие раскалённые, хоть бифштекс ими прожаривай. На самом деле всё было не так. Оказывается, не сумев воздействовать на байкера через папашу, Сонечка зашла с другого боку. Вот умница, так мне помогает! А я и не знала, что наша Маргарита дружит с женой владельца «Армады», иначе и сама могла бы попросить подругу замолвить за меня словечко.

Что ж, не важно, каким способом удалось достучаться до сердца Романа Михайловича. Главное – сейчас мне наконец-то дали слово.

Как хорошо, что мальчуган слушается мамочку!

- Давай, Вика. У тебя десять минут.

Десять минут?! Да он издевается! Аркадию позволил распинаться целый час!

Ладно, не буду тратить драгоценное время на препирательства… Набрав в грудь побольше воздуха, я принялась воспевать «Катапульту» - перечислила преимущества перед конкурентами, назвала удачные проекты, упомянула клиентов федерального уровня.

Затем рассказала, как мы могли бы изменить имидж «Сириуса» и открыть перед компанией новые горизонты. Обрисовала рекламную стратегию и пиар-акции.

Кстати, теперь, когда руководство поменялось, я могла смело указывать на недочёты в рекламной политике предприятия. Тем самым намекала, что новый директор должен быть гораздо умнее и дальновиднее прежних хозяев. Борису Андреевичу, естественно, я не могла такое сказать.

Моя речь лилась вольным потоком, цифры отскакивали о зубов, «Сириус» ждали золотые горы и мировая известность – конечно, только в том случае, если компания согласится сотрудничать с нашим рекламным агентством.

Во время моих песнопений Роман то принимался листать какие-то бумаги, то, прищурившись, рассматривал моё лицо. Увы, его взгляд вовсе не был наполнен обожанием.