Lex

Пытаюсь натянуть одеяло на лицо – не дает сделать и этого.

– Хочу понять, что тебя больше смутило, что поймал за подглядыванием или что попросил признаться в чувствах?

– Ни то, ни другое, – показываю ему язык и отворачиваюсь в сторону.

А он уже навис надо мной и разместил обе свои руки с двух сторон от моего лица.

– Или говоришь правду, или начну целовать, и мы продолжим то, на чем остановились вчера.

Поворачиваю голову и прямо смотрю в его глаза.

– И ты знаешь – я не шучу, – наклоняется ко мне.

Упираюсь руками в его грудь и стараюсь оказать сопротивление.

– Хорошо, хорошо, скажу.

Останавливается в десяти сантиметрах от моего лица.

– Ммм… я… то есть, ты… то есть… мы… – никак не могу признаться.

– Может тебе помочь, м? Возможно, поцелуй напомнит тебе что-нибудь…

Резко наклоняется и целует. Утренний нежный поцелуй – это то, что надо спросонья.

– Ну так как? Вспомнила, что хотела сказать?

А у меня перед глазами всплывает картина вчерашнего вечера, когда я остановилась на ступеньках, услышав его завуалированное предложение заняться сексом.

Тогда я повернулась к нему и показала язык со словами:

– Маленькая я еще для этого.

Дорасти надо сначала.

– Ну, малявка, я тебя сейчас!..

Он дернулся за мной, а я побежала по ступенькам наверх. Конечно, он меня догнал, прямо перед дверью моей спальни. Схватил за руку и развернул к себе. У обоих дыхание прерывистое после бега, смотрим в глаза друг другу и хотим явно одного и того же.

– Эва… ты теперь моя девушка. И у нас с тобой будет секс, и он будет с твоего согласия. Другое дело, что я могу тебя соблазнить, и ты не устоишь, и даже сама попросишь меня заняться с тобой сек…

– Пфф… размечтался.

Чтобы я, да еще и попросила… мм… об этом.

– Отлично. Ты сама сказала.

Упс… На что я снова подписалась, и что он задумал?!

Тем временем Лекс наклонился и поцеловал меня в шею, продолжил поцелуями подниматься все выше и выше к ушку, облизнул и немного пососал его.

Когда целовал шею, было больше щекотно, а вот сейчас чувства что-то совсем другие: уже не смешно до такой степени, что из губ вырывается стон.

Отрывается и смотрит мне в глаза с усмешкой.

– Говоришь, что абсолютно уверена, а сама стонешь.

А я лишь поцеловал твое ушко.

Со всей силы наступаю ему на ногу, Лекс от неожиданности и боли ослабляет хватку, и я, пользуясь этим, вырываюсь на свободу и забегаю в комнату. Но дверь не успеваю закрыть: он просовывает руку и открывает ее без проблем, даже несмотря на то, что я продолжала толкать ее с другой стороны.

Заходит в комнату и настигает меня у кровати. Рывком притягивает к себе и целует, да так, будто хочет съесть, а я не сопротивляюсь, я тоже хочу чувствовать его поцелуи.