Lex

Какие только бредовые мысли не лезли мне в голову, страх творил свое черное дело, вырисовывая в голове картинки, от которых становилось плохо и начинало тошнить.

Мы вошли в дом. Хорошее освещение заставило меня поморщиться. Я подняла правую руку, прикрыв глаза от яркого света, и, прищурившись, пыталась разглядеть, куда я попала.

– Пришла? – услышала я мужской голос, а после и увидела его обладателя.

Высокий блондин и снова эти светлые голубые глаза. Прямой нос с небольшой горбинкой и тонкие губы.

А потом я вздрогнула от его крика:

– Алекс, твою мать, ты что с ней по дороге сделал?! Где заказанная мною красотка?

– Да она сопротивляться начала, пришлось немного припугнуть.

От неожиданности я вскрикнула: этот Паша со всей присущей ему дурью врезал Алексу по роже.

– И как ты прикажешь с ней сейчас играть, – начал орать он, – когда для нее главный злодей – ты? Ничего не знаю, отправь ее в комнату готовиться. Завтра я буду с ней. А пока притащи предпоследнюю, если она еще жива. В прошлый раз она неплохо так просила о пощаде, что мой член сразу начинал реагировать.

Меня схватил за руку какой-то мужчина и потащил в коридор, Алекс продолжал стоять, как вдруг мы услышали:

– А ну-ка стой, может, ей посмотреть мое представление, как думаешь, Алекс?

На что этот урод с царапиной от моего каблука и синяком от больного на всю голову Павла с усмешкой посмотрел на меня. А я начала кое-что понимать об этих зверях. Первое, они любят, когда их просишь. Второе, любят, когда их игрушка – чистая и опрятная, да еще и в откровенном наряде.

Нет, не дождетесь, я не буду вас умолять!

Гордо подняла подбородок и с ненавистью посмотрела на главного виновника всего этого беспредела.

На что Павел заржал и сказал ледяным голосом:

– Иди уже, Зена, королева воинов. Завтра веди себя так же, все! – он хлопнул в ладоши и отвернулся от меня, – где же моя Зиночка…

Из другой двери в комнату завели девушку. Брюнетка, стройная, симпатичная, одетая в какой-то светлый балахон до пят, но с таким затравленным взглядом, что сердце кровью обливается. Что же за испытания выпали на ее долю, что у нее такой взгляд?!

Уже подходя к двери, я услышала голос Павла. Голос с каждым словом становился громче и злее:

– Ну что ты на меня так смотришь, а! Я же тебе еще ничего не сделал, а у тебя уже такой взгляд! Дрянь такая. Я же хотел просто потрахаться, а ты так смотришь, что хочется тебя научить смотреть правильно на своего хозяина.

Что было после, я не знаю. Лишь когда дверь закрывалась, я услышала звук удара и крик от страха и боли этой Зины.

Я закрыла уши руками. Не могу слушать бред больного урода, садиста, иначе сама поддамся страху, а из этого ничего хорошего не выйдет.