Lex

– А где Эва? Я бы хотел с ней поговорить.

– Ее нет сейчас тут. Позже, паренек, позже.

– Я на ее мобильный тоже не могу дозвониться.

Да, бл*ть! Если бы я дал его ей!!! Если бы!!! Черт! А ведь хотел дать!

Сейчас бы точно знали, где она!

– Ладно, если что, она знает мой номер. Скажите, пусть перезвонит.

Макс пожал руку Адаму, и тот, как будто успокоившись, собрался уйти, как мы услышали рингтон его мобильного:

«Скажи мне, как тебя найти?

Я вижу след твоего пути, Ева…

Стань белой птицей и лети!

Мой старый замок – это мой замок,

Я бы за тобой, но мой потолок – крыша,

И мой дом – темница…»

Он повернулся к нам, а потом посмотрел на свой мобильный и принял вызов:

В комнате царил полумрак.

Поэтому я не сразу поняла, что нахожусь тут не одна. Я повернулась на звук голоса. Передо мной стояла Лика!

Я кинулась ее обнимать и крепко прижала к себе!

– Лика! Лика! Это ты! Я нашла тебя!

– Ой… Эва… потише… потише… мне больно.

Услышав ее слова, я застыла. Мое сознание, учитывая все сказанное мне в течение последнего часа, живо нарисовало картинку произошедшего с подругой.

Ослабила хватку и выпустила девушку из объятий. Сделала шаг назад, посмотрела на нее внимательно, затем развернулась и побежала к двери:

– Уроды! Сволочи! Козлы!!! Что ж вы за люди такие?! Вы нелюди!!! Ублюдки!!! Убью всех! Вы не люди – вы звери проклятые!

Все бранные слова, какие я только знала, вылетали из моего рта неосознанно, под воздействием эмоций. Я колошматила по дверям руками и ногами, не обращая внимания на боль и возникающие ссадины, продолжала бить изо всех сил.

Сначала даже не поняла, что Лика обхватила меня за талию и попыталась оттащить от двери.

– Тише, Эва! Тише! Не ори! Со мной все хорошо, правда. Уже все хорошо! Прекрати, иначе нам обеим не поздоровится! Успокойся, прошу тебя, – последние слова она произносила уже со слезами на глазах.

Я повернулась к ней. Наши взгляды встретились, и мы разрыдались, теперь уже вместе. Наши плечи сотрясались от слез и всхлипов.

Медленно осели на пол и, не разжимая объятий, продолжали плакать. Руками гладили друг друга по голове, утешая.

Не знаю, сколько это продолжалось.

Но понемногу мы начали успокаиваться.

Я отклонилась и прошлась по ней взглядом. Лика была одета в майку и шорты, которые ничего не скрывали. Лицо в гематомах, глаз заплыл, губа была разбита, но уже почти зажила.

Тело в синяках и порезах. Видны отпечатки пальцев чуть выше локтя.

– Эва, посмотри на меня.

Я долго не могла поднять глаз. Мне было стыдно, неудобно, страшно.

– Прости меня, Лика. Мне надо было уже давно тебя найти, надо было позвонить папе, чтобы он вытащил нас из этой передряги.