Монстр из прошлого тысячелетия

В какой-то момент мне захотелось посмотреть на его спину: а не будет ли там таких же шрамов, как у Кайрона? Но с этим успеется.

— Как ты понял, что я именно человек? Здесь же не работает магия, мы равны по уровню, — теперь пришла моя очередь поднимать бровь. Или я рожей не вышел, чтобы для этих двоих сойти за ангела?

В ответ бородатый как-то странно замер, будто ожидал чего-то, но не дождался, поморщился и коротко тряхнул головой, сминая свою идеальную маску в мимолетной гримасе. Я слегка склонил голову набок, изучая его небогатую мимику. Это он меня сейчас хотел по их местной традиции приложить об пол аурой, как старший младшего? В таком случае я даже рад, что доступа к магии у него сейчас нет, моё самолюбие и так достаточно пострадало за последние несколько часов. А в этом гранитном мешке ангел мог желать сделать со мной что угодно, но в итоге быть таким же беспомощным, как я.

— Что, не выходит? — спросил я с лёгкой издевкой. Но заметив странный отблеск в глазах бородатого, примирительно поднял руки. — Я здесь для того, чтобы вытащить вас двоих.

— Это невозможно, — отрезал бородатый, вновь превращая лицо в неподвижную маску и закрывая глаза.

Вот же упёртый народец…

— Меня прислала Мишон, — решил выложить на игральный стол свой чуть ли не единственный козырь.

И вот теперь я добился более продуктивной реакции, на этот раз на меня уставилось две пары глаз, бритый не остался в стороне, перестал изображать статую Будды, тоже поднимая на меня светлый острый, словно бритва, взгляд. Но смотрел с явным недоверием.

— Запах, — неожиданно проговорил бородатый. — Я почувствовал твой запах, ангелы так не пахнут. На низшего ты не похож, значит, человек.

Вот тут мои брови улетели к затылку: скажите на милость, как он умудрился почуять что-то кроме общего тошнотворного смрада? Да ещё и выводы сделать.

Но порадовало уже то, что со мной наконец начали нормально разговаривать, о волшебное имя Мишон. Да, хороший удар по лицу от судьбы, так-то. Раньше моё имя или прозвище открывало все двери, затыкало рты или развязывало языки, а теперь вот представься я, эти двое даже бровью бы не повели.

— Что тебе известно о Мишон? — раздался хриплый голос второго ангела. Он был чуть выше, но такой же словно надтреснутый.

В светлых глазах мелькали сотни вопросов, которые эти двое хотели бы задать, но пока что ограничивались, не желая болтать языками в присутствии толпы чужих ушей.

— Она потеряла тело, — коротко ответил я. — Всё остальное узнаете позже. А теперь я хочу начать заново, — в голосе сам собой зазвенел металл. Я понимал, что в этом мире у меня мало веса, но мне уже поперёк горла стояло пренебрежительное отношение.