Несбывшаяся жизнь. Книга первая

Сколько раз она ловила на вранье воспитателей, знакомых и даже маму! Сколько раз она спрашивала про своего папу! Почему у всех есть, а у нее нет? Не то чтобы она без него не может, нет, ей вполне хватало мамы. Но интересно же, правда?

Мама смущалась, краснела и злилась. И раздраженно отвечала, что папы есть не у всех. А все остальное она расскажет попозже, когда Анюта повзрослеет.

Из этого Анюта сделала вывод, что есть какая-то тайна – что-то такое, что нельзя знать ребенку… Как много тайн у этих взрослых, как много неясностей!

А может, он сидит в тюрьме, как у Наташки Козыревой из соседней группы? Кажется, он что-то украл у соседей… Может, и ее папа что-то украл?

А если он умер? В соседнем подъезде жил мальчик Коля. Его папа умер, и соседки говорили: «Как жаль, такой молодой, а умер от сердца».

Анюта даже видела гроб – вернее, крышку от гроба, прислоненную к стене. Увидела и испугалась. Хотя что в ней такого страшного? Длинный ящик, обитый красной тканью, а посредине черная полоса.

Мама дернула за руку: «Не глазей, неприлично!» – и потащила в подъезд.

Пока мама грела обед, Анюта прилипла к окну.

Незнакомые дядьки в черных костюмах вынесли четыре табуретки и поставили их друг напротив друга.

Вот интересно – зачем? Анюта приоткрыла окно, подтянулась, легла грудью на подоконник и высунула на улицу голову.

– Почему? – рыдала Анюта. – Что я такого сделала? Интересно же!

– Чужое горе не должно быть интересным, – строго сказала мама. – А если ты заболеешь – что будем делать? Садиться на очередной больничный? Меня скоро с работы выгонят!

И, хлопнув дверью, мама ушла на кухню.

Кстати, если Анюта ловила маму на вранье, мама злилась или отшучивалась: подумаешь! И повторяла пословицу про добрую ложь, которая бывает необходима.

– Нам повезло! – радовалась Лиза. – Сняли целую однокомнатную квартиру! Пусть дорого, зато без соседей и сами себе хозяева.

И вода горячая – правда, по часам, но им хватало, и газовая плита, и маленький дребезжащий холодильник. В общем, сплошные удобства.

Лиза спала на диване, Анюта на раскладушке. Раскладушку ставили рядом с диваном, и по привычке Аня брала перед сном маму за руку.

Ходить в санаторий Анюте не нравилось: ни процедуры не нравились, ни столовская еда. В столовке было невкусно. Каши на завтрак, обед и ужин: на обед с мясной подливой, а на ужин – с рыбой или творожной запеканкой. Иногда давали омлет или вареные яйца. Вечером полагался стакан кислого жидкого кефира или молока, на котором плотно лежала застывшая пенка.

Слово «сколиоз» было похоже на что-то склизкое и противное, например, на жирного розового дождевого червя.

Анюта уговаривала маму не ходить на ужины, и мама скрепя сердце иногда соглашалась.

– Ура! – кричала Анюта.