Орки под Москвой

К тому же многие особенности и шмотки высокого уровня дают прибавку не в количестве, а процентном отношении от того, что есть. Да и просто ты точечно можешь увеличивать то, что ты хочешь. Сколько свободных очков у тебя стоит увеличить самый большой свой стат из непрофильных?

— Кстати, еще инфа про арты, — Андрей зевая потянулся. — Пока делили, эксперименты проводили. Получается, что поврежденный артефакт до определенного момента не теряет системных свойств. То есть продолжает давать такие же статы… Ну правда если в доспехе дыра, то в эту дыру может пролететь стрела. Так что ремонт рано или поздно, в том или ином виде, наверняка будет.

— Все спокойно, — радостно сообщил Сергей, когда мы подошли к своему участку. — Гостей не было, вон и Рита уже встречает.

Сил хватило только на короткий восстанавливающий перекус. Потом мы дружно завалились спать.

Я открыл глаза и чуть не ослеп. До самого горизонта во все стороны лежал снег.

— Доставайте плащи и теплые шмотки, одевайтесь быстро!

— Минус тридцать, сука, если не холоднее.

— Гелу плащом оберните!

— Андрюх, у тебя вроде лопаты были!

Тонкие перчатки хорошо увеличивали характеристики, но плохо грели. Пальцы уже не гнулись. Мы копали яму не сильно быстрее, чем ветер засыпал ее снова.

Я долбанул огненной стрелой, чтобы хоть чуть-чуть оплавить и закрепить снежный вал.

— Да понту ноль! — зло проорал Леха, отбрасывая сыпучий снег. — Даже если мы тут иглу сейчас по всем правилам построим. У нас нет топлива для костра. Просто замерзнем чуток позже!

— Это какое-то испытание, если нет идей лучше, нужно копать!

Люди, накрытые всем хоть отдаленно похожим на одежду, жались друг к друг, пытаясь хоть немного согреться.

— Света! Не спи! — Костя бросился к сжавшейся в комок девушке и начал ее тормошить. — Дайте что-нибудь, у нее плащ тонкий совсем.

Грилл сбросил свою плотную куртку и накинул ей на ноги. Мертвому припарка. Кое-как держались только те, кто махал лопатами. Марина с Ритой зажали между собой Ксюшу. Иль обнимала сестру, а та держала на груди белогрудого. Гела прижалась к прадеду, а он уже закрыл глаза.

Я давно не чувствовал лица, а пальцы отпустят черенок лопаты, только когда отломятся, и случится это скоро.

Да что ж за испытание такое?

Ноги подогнулись, и я рухнул в снег.

Сейчас чуток отдохну и продолжу копать.

Тьма навалилась раньше, чем закрылись глаза.

— Сначала Свету лечите! — словно сквозь пелену донёсся голос. — Она остальных вытащит.

С трудом разлепив веки, я огляделся. Мы в том доме, где заснули после ночных приключений. За окном зеленые деревья в лучах летнего солнца.

Судя по адской боли в ладонях, ступнях и лице — ни хера не сон.

Перед глазами мигала иконка системного сообщения. Почитаем, все равно пока шевелиться не могу.