Орки под Москвой

Ксения резко обернулась, слезы еще стояли в ее глазах, но лицо было сосредоточено.

— А у тебя есть близкие?

— Родители умерли… Из самых близких — бабушка, на даче за Можайском.

— Это же не очень далеко?

— По прямой отсюда километров двести.

— Долго рассказывать, — я перевел взгляд на голубое небо за окном. — Если в двух словах, мою маму убили, а отец, не найдя преступников, передал меня бабушке и покончил с собой… Да, бабушку я люблю… и кроме нее, у меня никого нет, но… у меня свой взгляд на жизнь.

— Тебя она вырастила?

— Нет, мне было двадцать два, когда умер отец, он предупредил меня о своем решении…

Девушка смотрела на меня, широко раскрыв глаза.

— Ксения, реально долго рассказывать…

Мы замолчали и стояли друг напротив друга.

— Ты не бежишь спасать бабушку, потому что это нерационально? — наконец спросила она.

— Да. Она или сразу умерла, или имеет такие же шансы, как и все остальные. До нее двести километров, если через центр Москвы пилить, если более-менее в объезд — четыреста. Шансов угробить группу гораздо больше, и как потом всем объяснять, почему пошли за ней и не пошли за их родными? В конечном итоге это решение привело бы к гибели всех нас. А так есть шанс… даже на то, что я когда-то ее снова увижу.

— Я хорошо знаю теорию вероятностей. Как писал один фантаст — может быть, что весь наш мир — это видение растения, перевариваемого в желудке травоядного динозавра на далекой планете, чей желудочный сок является галлюциногеном. Так что встреча с бабушкой, да и с моими родителями — вероятна.

Губ Ксюши коснулась легкая улыбка.

— Кого ты можешь взять?

— Из тех, кого я привела. Кого ты можешь взять?

— Ты ценный член отряда, я на тебя рассчитываю и на многое готов ради тебя, но есть и здравый смысл. Можно объяснить другим, почему нужно взять шестилетнюю девочку: это твои связи, да и не готовы мы пока бросать детей на смерть. Можно объяснить, почему мы берем ее прадеда: девочке будет спокойнее с ним, да и в случае, если он вдруг выживет и помолодеет, он может пригодиться. С Григорием понятно, но как я объясню прием в отряд Валеры? Редкий случай, когда неадеквата видно сразу, и это не значит, что он может стать лучше, это значит, что дальше будет еще хуже.

Я подошел к ней и взял за плечи и развернул.

— Вот вид из твоего окна. Смотри те же деревья, дома, дорога и небо?

— А машины разбитые… вон два волка мужика… а нет… бабу жрут. Такое было?

— Бля, Ксюша, ну не тебе я должен все это объяснять. Давай строить новый мир!

— Кого ты можешь взять?

— Девочку и ее прадеда при условии, что пойдет Григорий, но не пойдет Валера. И ты мне будешь должна. И еще ты должна понимать, что в случае реальной опасности отряду девочку мы хватаем и убегаем, а по Резо будет отдельная команда: «из-за него не рисковать».