Отрок. Внук сотника

Мишка как-то сразу и не обратил внимания на то, что неряшливый рогожный тент был вовсе не натянут на дуги, а надет на деревянный корпус в качестве чехла, маскирующего очень добротный, прочный и аккуратный вагончик. Не хватало только задней стенки. Что-то еще зацепило сознание, но Мишка никак не мог поймать мелькнувшую было мысль.

– Ну-ка, ребята, погодите, возок-то, кажется, не прост!

Мишка вылез наружу и внимательно осмотрел фургон. Вроде бы все как обычно, только стоит не на колесах, а на полозьях. Заглянул внутрь и…

– Ага! Роська, Демьян! А добыча-то у нас, похоже, с начинкой! Смотрите, какое дно толстенное, такое разве бывает?

Отроки тут же взялись исследовать буквально каждый сантиметр фургона.

Первому повезло Кузьке.

– Есть! Тут вот планка съемная, только колеса вытащить надо – мешают.

Тележные колеса выкатили, планку сняли, и оказалось, что половина дна фургона по всей длине откидывается, наподобие крышки люка.

В двойном дне фургона обнаружился целый склад: два тюка с одеждой, десяток пар сапог, несколько рулонов тканей, тючок с яркими платками из дорогих материалов (были даже шелковые!), два великолепных составных лука, несколько кошелей с различными монетами и ларец с ювелирными изделиями.

Оказались в тайнике и четыре воинских доспеха – кольчуги, шлемы с бармицами, пояса с оружием. О судьбе их хозяев более чем наглядно свидетельствовали дыры в кольчугах, пробитые стрелами со спины, напротив сердца.

– Купцов грабили, – со знанием дела пояснил Петька. – У простых путников такого не наберешь.

– Охрана, наверно: доспех простой, без украшений. Видите, били в спину.

– Сколько же это все стоит? – поинтересовался хозяйственный Кузька.

– Да уж десятка три гривен, если без монет и того, что в ларце, – довольно уверенно определил Петька. – Про украшения не знаю, отца надо спрашивать.

– Ну вот, Роська! – Мишка ободряюще хлопнул мальца по плечу. – Треть этого всего по закону твоя! Спокойно выкупиться можешь! Повезло, как по заказу! Петь, сколько ему на выкуп потребуется?

– Не знаю. Если бы на нем долг был, тогда – долг с лихвой. Вернул и свободен. Если его на торгу покупать, то за один только доспех можно десяток таких парней выкупить.

А он на войне взят, значит, долга на нем нет. И его не продают, если холоп сам выкупиться хочет, то хозяин любую цену может назначить, и никто ему в этом не указ.

– Но этого-то всего хватит?

– Да говорю же, как хозяину захочется! Скажет «сто гривен», значит, сто! Скажет «веверица» – гуляй за треть резаны. Не угадаешь тут.

Мишка вспомнил о кормщике – мужик бывалый, знающий и к Роське хорошо относится, обязательно что-то путное посоветует.