Проклятие ульфхеднара

— Думается мне, отравить хотели только Асвейг, — Ингольв встал, напоследок погладив её по руке, словно она сейчас могла это почувствовать. — А Лейви просто отпил из предназначенного не для него кувшина.

— Мёрд? — Гагар скривился от отвращения.

Какая исключительная проницательность, будто он тоже знавал воительницу много лет.

— Верно, она. Больше некому.

— Я могу узнать, кто из рабынь принёс эту воду сюда.

Ингольв остановился у стола, слегка подвинув тот самый сосуд пальцами. Кружка, разбитая на множество осколков так и валялась на полу.

— Узнай. Хоть это нам не поможет.

Слово рабыни ничего не значит на тинге.

Гагар кивнул, неотрывно рассматривая похожую сейчас на призрак Асвейг. Иногда его тяга к ней казалась полезной, иногда — опасной. А иногда просто пугала. Казалось, он одинаково мог как остаться верным девушке до конца жизни, так и убить её вдруг по какой-то одному ему ведомой причине.

— Я вообще пришёл сказать, что сегодня ещё затемно приехал Альвин Белобородый. И он уже прослышал, что ты тоже здесь. Так что жди встречи на сегодняшнем собрании.

— Ну, если всё и так паршиво, — Ингольв усмехнулся, поглядывая на Блефиди, — то паршивее уже вряд ли будет.

Может, оно и хорошо, что так случилось. Сейчас он уже остыл, но злость осталась, а потому всего его переполняли силы биться до конца: хоть в споре на тинге, хоть на мечах с противником. Буйный дух Фенрира, который притих в последнее время, не давал теперь покоя. Как будто требовал крови, уталения жажды, которой не случалось уже давно.

— Моё дело предупредить. Чтобы ты был готов.

Гагар развёл руками. И видно: уходить ему не хочется, он и сам сейчас лучше остался бы здесь, чтобы не оставлять Асвейг без присмотра.

Но рядом с остальными ему мелькать часто не следовало, а потому он всё же развернулся к двери.

— Спасибо, — Ингольв посмотрел ему в спину.

Не оборачиваясь, Гагар вышел.

— Думаю, ты сейчас как раз готов схватиться с Альвином, — Эльдьярн наконец проснулся окончательно и тоже зашевелилися. Подошёл к Рагне, которая так и сидела, ни на что не обращая внимания, осторожно тронул её за плечо. — Сильная у тебя фюльгья, Ингольв. Даже мне становится страшно, когда я вижу, насколько.

— Сейчас мой покровитель сильнее.

— И опаснее для тебя самого.

Это не шутки.

— Только не надо снова заводить эту песню, — Ингольв отмахнулся. — Я слышал её уже не раз от него.

Он указал взглядом на Лейви. И так внутри стало тоскливо от его вида: в теле скальда словно осталась всего пара капель жизни. На вдох и выдох.

Вдруг Рагна всхлипнула и, выпустив руку скальда, начала валиться набок. Стоящий рядом великан, на удивление проворно для своей грузной фигуры, поймал её, не дав грянуться о пол. Девушка оказалась в сознании, но будто не могла пошевелиться.