Старуха Кристи - отдыхает!

– Милиция-шмилиция, – отмахнулся хозяин, – скажем, во дворике умерла, не у Рустама в кафе. Я вам денег дам.

– Глупо очень, – хмыкнул второй студент, – вся площадь видела и слышала, как твои посетители с визгом разбегались. Нет, мой совет, оставь все как есть, а вот и менты.

Послышался звук шагов, и мужской голос равнодушно, как-то устало спросил:

– Что здесь стряслось?

Я повернулась, тихо, бочком, просочилась за дверь, быть свидетельницей мне совершенно не с руки.

На улице неожиданно настало жаркое лето, тучи разбежались, вовсю шпарило солнце. Я, одевшая с утра слишком теплую одежду, мигом вспотела и решила съесть мороженое, благо рядом маячил лоток.

– Дайте рожок, – попросила я у продавца, мальчишки в белой полотняной куртке.

Тот открыл холодильник, выудил мороженое, хитро прищурился и сказал:

– Ежели заплатите пятьсот рублей, интересное расскажу.

Я от неожиданности чуть не выронила затянутый в целлофан пакетик.

– Так вам, – кивнул мальчишка, – чего, не узнали меня?

– Извини, – насторожилась я, – нет. Разве мы встречались раньше?

– Я только что воду на вас пролил, – засмеялся продавец.

– А-а-а, – сообразила я, – и что?

– Думаете, я такой неловкий, стакан на подносе удержать не могу?

– Со всеми случиться может, не дергайся, я уже забыла, одежда давно высохла, – успокоила я мальчика, – ерунда, не переживай.

Мороженщик хихикнул.

– И не парюсь совсем, мне велели вас облить и денег за это дали.

– Информация стоит пятьсот рублей, – заявил продавец.

Поколебавшись, я вытащила кошелек. В портмоне лежали три тысячи «представительских», Гри велел тратить их на нужды расследования, более того, он сказал:

– Если понимаешь, что сведения интересные, плати, не стесняйся.

– Хорошо, – кивнула я, – только чек мне не дадут, как отчитываться?

– Никак, – хмыкнул Гри, – на слово поверю.

Поэтому сейчас я заколебалась, давать ли наглому пареньку столь большую сумму или поторговаться?

– Столько нету, – наконец заявила я, – триста хочешь?

Мороженщик сложил губы трубочкой и свистнул.

– Не, пятьсот, если вам охота разузнать, кто над вами пошутил, несите бабки, я всегда тут стою.

– А если мне и неинтересно вовсе?

– Чего тогда торгуетесь?

Делать нечего, пришлось вынимать купюру.

Подросток внимательно поглядел ее на свет, поковырял ногтем, аккуратно сложил, засунул в висящий на поясе кошелек и завел рассказ:

– Подошла ко мне чувырла, расфуфыренная такая, и спросила:

– Хочешь заработать?

– Делать чего? – предусмотрительно поинтересовался торговец.

– Ерунду. Купить в пиццерии минеральную воду и по моему знаку вылить ее на девушку.

– В кафе сидит, бейсболку на себя нацепила, козырек опустила, думает, ее никто не узнает, – хмыкнула «заказчица», – у окошка устроилась.