Старуха Кристи - отдыхает!
Все ясно, приняв SMS, телефон умер, баланс равен нулю, деньги на счету иссякли, и добрые сотрудники телефонной компании отрезали меня от связи. Сотовый превратился в бесполезный кусок пластмассы. Что мне сейчас делать? На дворе поздний вечер, наверное, не стоит ехать к Гри, он небось ложится спать, как все пожилые люди, рано. Да и что изменится от того, если я доложу начальнику о добытой информации завтра? В конце концов, рабочий день имеет границы.
Приняв решение, я спустилась в метро, без особых приключений добралась до нужной станции и села в троллейбус. Все сидячие места в салоне оказались заняты, пришлось устраиваться в хвосте, у огромного заднего окна, за ним маячила лесенка, по которой водитель в случае необходимости может залезть на крышу.
Двери троллейбуса начали медленно закрываться, и тут на тротуаре нарисовался мужчина, одетый, несмотря на духоту, в черный костюм и кепку, в руках вспотевший дядька держал пузатый портфель. Оставалось лишь удивляться, где мужик раздобыл сей раритет.
Желая попасть в троллейбус, «костюм» несся к остановке, но не успел он добежать, как водитель, очевидно, не поглядевший назад, преспокойно стартовал.
– А ну слазь немедля! – заорала кондуктор, выскакивая в проход.
– Вы ко мне обращаетесь? – изумилась я.
– Кому ты нужна, – рявкнула баба в форме, – стоишь и стой, вон дурак уцепился.
Я глянула в окно.
– Ваще, кретин, – бесновалась бабища, – идиот!
Мужчина, естественно, не мог слышать ее реплики, но он понял, что тетка злится, прижал портфель грудью к лестнице и стал рыться в кармане.
– Ща из-за дурака машину придется тормозить, – всплеснула руками кондуктор и погрозила «зайцу» кулаком.
Тот закивал, заулыбался, потом приложил к стеклу клочок бумаги. Мы с кондукторшей синхронно прищурились.
– Что он демонстрирует? – удивилась я.
– Проездной, – заорала во весь голос баба, – единый!
Каким-то образом «внештатный» пассажир воспринял реплику. Он заулыбался, закивал, затряс головой, всем своим видом объясняя: «Я не заяц, а честный человек, имею право ехать вместе со всеми, извините, господа хорошие, что отвлек ваше внимание».














