Амалия. Книги 12-21

Казимир заметался, выскочил на первой станции и уже готов был, несмотря на наказ обожаемой сестры, возвращаться обратно в Петербург, но тут билетер все же удосужился ему объяснить, как добраться до Д., и Казимир воспрянул духом.

Теперь он сидел за столом напротив Амалии и уплетал вторую порцию разварного осетра, которого для него приготовила Пелагея. Его племянница, сдвинув брови, изучала подробную карту окрестностей. Между первым и вторым блюдом Казимир успел вытянуть из нее подробности исчезновения Натали Севастьяновой и убийства Любови Осиповны, так что теперь был в курсе всего, что произошло до его приезда.

– Я разговаривала с Дмитрием, – заметила Амалия, – и он не помнит, чтобы за истекшие четыре с лишним года в окрестностях находили неопознанные трупы, за исключением того, который выловили на мельнице. Так что получается, тело Натали до сих пор должно находиться где-то здесь… вопрос только в том, где именно.

– И охота тебе этим заниматься, племянница? – проворчал Казимир, незаметно расстегивая жилетную пуговку. – Судя по тому, что ты мне рассказала о Севастьянове, он сам во всем виноват. Нечего было жениться черт знает на ком.

Амалия метнула на него быстрый взгляд. Хотя дядюшка и был в своих суждениях недопустимо прямолинеен, она не могла не признать, что та же мысль успела прийти в голову и ей.

– Дом Пенковского находится на окраине Д., а дальше начинаются уже мои земли, – вслух сказала она и очертила на карте неровный круг. – Где-то здесь и следует искать.

– Так ты думаешь, ее убили, а тело спрятали, чтобы его не нашли? – Казимир говорил и думал, не будет ли мовежанром попросить и третью порцию осетра, который прямо-таки таял во рту.

– Да, ее убили, – подтвердила Амалия.

 – Она не могла бежать, потому что все ее драгоценности остались дома, и тем не менее она исчезла. С ней не мог произойти несчастный случай, потому что ее долго искали. И, конечно, она позвала бы на помощь. Значит, остается только убийство, причем, судя по всему, умышленное. Домбровский вспоминает, что неподалеку лаяли собаки, возможно, оттого, что учуяли постороннего. Тот человек дождался, когда она выйдет из дома, подкараулил ее в сумерках и убил. Причем без кровопролития, иначе следы крови нашли бы, когда ее искали, а Севастьянов ни о чем таком не упоминал.

– Значит, ее задушили? – Казимир незаметно зевнул и прикрыл ладонью рот.

Амалия кивнула и продолжила:

– И это возвращает нас к тому, как была убита Любовь Осиповна. Ведь ее тоже задушили. Уверена, оба убийства – дело рук одного и того же человека. Любовь Осиповна думала, что знает, где Натали, потому что видела в Париже кого-то, похожего на нее. И она пообещала вслух в присутствии многих людей сказать Севастьянову, где его жена. Ее слова слышал убийца – и испугался.