Амалия. Книги 12-21

 – Мы бы тоже дорого дали, поверьте, чтобы знать, где она теперь.

Но господин Белоголовцев не унимался. Он повторил несколько раз, что очень уважает… ценит Юлию Ларионовну… и ее доброе сердце… Она такая женщина, ах, такая женщина! Амалия мило улыбалась и кивала головой. Баронесса уже видела, что в присутствии поклонника госпожи Лебедкиной ей точно не удастся расспросить дворника, и решила, что вернется сюда завтра утром, а пока отправится в гостиницу, чтобы отдохнуть и как следует обдумать свои последующие шаги.

– И она так неожиданно уехала… – бормотал чиновник. – Никого не предупредила! Воля ваша, но это странно… особенно по отношению к друзьям…

«Да, надо же будет еще отправить телеграмму Казимиру, чтобы он немедленно ехал в Москву, – подумала Амалия.

 – Интересно, что ему рассказал Саша?»

Она кивнула Белоголовцеву на прощание и удалилась вместе с Антошей, щурясь из-под шляпки на солнечные лучи. Чиновник постоял на тротуаре, глядя ей вслед и комкая в руках фуражку. Почему-то он только теперь вспомнил, что странная дама не назвала ему своего имени. Да и по манерам она плохо подходила к тому кругу, в котором имела обыкновение вращаться Юлия Ларионовна.

Однако Илья Андреевич не стал задерживаться на мелькнувшей мысли и вновь направился к дворнику, рассчитывая все же вытянуть из него сведения о так некстати исчезнувшей госпоже Лебедкиной.

– Дядюшка, – терпеливо спросила Амалия, – вы лучше объясните мне, зачем вы ехали сюда вторым классом? Кажется, на деньги, которые я вам дала, можно было купить целый вагон первого класса, причем туда и обратно.

Казимир потемнел лицом, стал бессвязно жаловаться на московских жуликов, на то, что все дорого, а в ресторанах цыгане отказываются петь за бесплатно, и кончил заявлением, что его никто не любит, не ценит и не уважает.

Иначе его не стали бы гонять, как лошадь, из Синей долины в Петербург, а затем еще и из столицы в Москву!

– А я, между прочим, выяснила, кто это был, – прервала поток его жалоб Амалия.

– Кто? – вытаращил глаза Казимир.

– Те двое из чемодана, – спокойно ответила Амалия и откинулась на спинку стула.

Казимир сидел несколько секунд с открытым ртом, но потом все же опомнился и попросил объяснений. Амалия рассказала, как она вышла на Ростислава Афанасьевича Харитонова, офицера в отставке, и Юлию Ларионовну Лебедкину, даму неопределенных занятий, как обыскивала флигель, в котором они жили, и как нашла в чулане кровавое пятно.

– Сегодня утром я пошла снова расспрашивать дворника о тех двоих, что перевозили вещи, – продолжала Амалия. – К сожалению, он мало что о них запомнил. Женщина лет сорока пяти, по его словам, мужчина помоложе лет на пятнадцать-двадцать, оба самой обычной внешности, волосы вроде у обоих русые, а может, и нет.