Амалия. Книги 12-21

Девушка переступила через порог, смело взглянула в лицо Амалии и быстро проговорила:

— Я готова рассказать вам все, что знаю. — Хоть Варенька и старалась не выдавать своих чувств, но в присутствии дамы в изумрудном платье она отчаянно робела и от того сердилась на себя.

— Присядьте, пожалуйста, — попросила ее Амалия. — Вам известно, о чем мы будем говорить?

— Мне известно, — ответила Варенька, чинно сложив руки на столе, как примерная ученица, — что вы считаете, будто маэстро Беренделли был убит именно тогда, когда я пела, а совершил убийство человек, который в это время выходил из гостиной. — Варенька прикусила губу. — То есть любой, кроме…

— Кроме барона Корфа, доктора, господина адвоката Городецкого, Евдокии Сергеевны и вашего кузена. И кроме меня, — быстро добавила девушка.

— Мне кажется, вы забыли обо мне, — спокойно заметила Амалия. — Я ведь тоже не выходила. Скажите, мадемуазель, у вас всегда такая хорошая память?

— Нет, — простодушно призналась Варенька. — Просто, когда стоишь в середине комнаты, поешь и кто-то старается незаметно выйти, у него ничего не получается. Потому что я его все равно замечаю.

— Давайте лучше поговорим о Беренделли, мадемуазель, — сказала она. — Многим гостям хиромант нагадал не самые приятные вещи. А вам?

Нет, она не ошиблась: в лице Вареньки сверкнуло настоящее торжество.

— Он сказал мне, что я выйду замуж, очень скоро, — сообщила девушка. — Что я буду очень счастлива, и все у меня будет хорошо.

На самом деле Амалии, конечно, не терпелось узнать, каким образом мышьяк оказался в чашке хироманта, которую ему подала Варенька, но баронесса знала, что некоторые вопросы нельзя задавать сразу, если хочешь услышать хоть что-то, похожее на правду. Посему она спросила:

— Скажите, мадемуазель, у вас есть платок?

— Платок? — удивленно переспросила девушка.

— Да. Мне бы хотелось взглянуть на него.

Варенька нерешительно посмотрела на Амалию, оглянулась на непроницаемое лицо Билли и стала рыться в своем ридикюле.

— Странно, — сказала она, — его здесь нет. Хотя я готова поклясться…

Но слова замерли у нее на губах, потому что Амалия уже достала из своей сумочки испачканный кровью белый лоскут.

— Ваш? — спокойно спросила баронесса Корф.

— Да, — прошептала Варенька. — То есть… Но постойте! Где вы его нашли? И что это за пятна на нем?

— Это кровь, — проговорила Амалия.

— Не может быть! — воскликнула Варенька. — То есть… я хочу сказать. О, теперь я все вспомнила! Александр порезал руку бокалом… я хотела ее перевязать, но уронила платок. Тут Венедикт Людовикович сказал, что сам его перевяжет… Откуда же на моем платке кровь? — спросила девушка с недоумением. — И где вы его нашли?

— Боюсь, кровь не барона Корфа, а убитого маэстро Беренделли, — сказала Амалия.