Амалия. Книги 12-21

– Если я могу чем-то вам помочь… – начал Алексей поспешно.

– По правде говоря, я поделилась с вами историей этой, чтобы уяснить ее самой себе, – призналась Амалия. – Считайте, Алексей Иванович, что вы мне уже помогли.

Однако Нередин стал настаивать. Он хотел во что бы то ни стало принять участие в расследовании, и наконец Амалия дала ему поручение наблюдать за остальными обитателями санатория и, если поэт заметит что-то подозрительное, сказать ей. Ее кольнула совесть, когда больной горячо заверил ее, что сделает все от него зависящее.

По правде говоря, ему не следовало заниматься ничьими делами, кроме его собственных.

– Ваза треснула, – сказала Амалия, глядя на букет на столе. – Я принесу вам другую, Алексей Иванович.

Поэт покосился на трещину возле горлышка вазы и окончательно воспрянул духом. Определенно, все, что происходило вокруг, имело для него самые приятные последствия, даже косорукость Натали. Впрочем, он попробовал для приличия возразить, что госпожа баронесса не должна себя утруждать… но госпожа баронесса все же принесла вазу из своей комнаты, а старую отдала явившемуся на звонок Анри, чтобы он ее выбросил.

Кроме того, Амалия поправила поэту подушки и подоткнула одеяло, что тому было ужасно приятно. Нередин поймал себя на мысли, что был бы не прочь поболеть подольше, лишь бы эта красивая женщина так же ненавязчиво ухаживала за ним. Она потрогала его лоб и улыбнулась своей лучезарной улыбкой, от которой внутри у Алексея делалось немного щекотно и тепло.

– Я вижу, вы все сочиняете, – сказала Амалия, кивая на листки, лежащие на столе. – Можно?

– Да, я со вчерашнего дня набросал несколько строчек… Ничего особенного, впрочем, – добавил он быстро. – Это про ангела-хранителя, не читайте, другое еще не закончено… А вот пустячок, но…

Поэт умолк. Сейчас он больше, чем когда-либо, завидовал самоуверенности иных стихотворцев, которые каждое свое новое произведение представляют как признанный шедевр.

Сам Нередин всегда конфузился, когда ему приходилось говорить о своих стихах.

Амалия взяла листок, на который ей указал собеседник, и повернулась к окну, чтобы отчетливее рассмотреть набегающие друг на друга косые строки.

Амалия опустила листок и пристально посмотрела на порозовевшего Нередина, который ждал ее отзыва, не смея напрямую спросить о нем.