Газлайтер. Том 19 (СИ)

Названный Филиновым, оставаясь невозмутимым, оборачиваюсь к медведю и спокойно говорю:

Медведь издаёт низкий рык, поднимается на задние лапы и с силой прихлопывает бывшего наездника как комара. Одного удара достаточно — распухший гигант лопается, словно перезревший пузырь. Брызги летят во все стороны, оседая на снегу яркими пятнами.

Фирсов, отряхивая воображаемую пыль с рукавов, фыркает:

— Чуть меня не обрызгало. Ты с такими командами осторожнее, Филинов.

Я киваю на ледяное крыльцо Обители:

— Иди вперёд, Мозгоед. Я догоню.

Фирсова не зря дали такой позывной.

Вот он вроде, бывает. даже и хвалит, а словно мозги ест. Точно Мозгоед. С этими мыслями провожаю его взглядом, пока он уходит.

Как раз вовремя появляются пара тавров, которых я вызвал телепатически для своей охраны. Присаживаюсь на снег, расслабляюсь и погружаюсь в медитацию. Голова заместителя всмятку, но его сущность бесследно не исчезает. Тело раненого валяется неподалёку. Я, не мешкая, добавляю его сознание в Легион.

А, что там у него в голове на случай ЧП? Ага, химер решил выгулять по Обители. Этот ход был предусмотрен заранее.

Я знал, что химеры будут выпущены, ещё до начала операции. Ну, и подготовился. Чтобы предотвратить лишние хлопоты со зверьем, я заранее передал Веер геномантский код поглощённого мной монаха. Пана вовремя запечатала зал, не позволив чудовищам вырваться наружу.

Химеры заперты, и мы с таврами и группой «Тибет» завершаем зачистку Восточной Обители.

Последние монахи сопротивляются отчаянно, с безумным фанатизмом, выкрикивая:

Они бросаются в бой, жертвуя собой ради странной веры. Но я не даю большинству исполнить их мечту.

Убивать их на месте — не в моих интересах. Вместо этого я предпочитаю обезоруживать их, зачастую рубя руки или ноги. Такой подход оправдан стратегически: всех пленных я добавляю в Легион. Геномантов в моём распоряжении скоро будет больше, чем кого-то другого.

Вот смотрю я на обезумевших монахов, которые всерьёз верят, что имеют право захватить мой мир с помощью армии Демонов, и не испытываю ни малейшей жалости. Эти фанатики заслуживают вечности в моём разуме. Их добавление в Легион — практичное решение, а чувство жалости уходит на тысячный план.

Однако возникает новая проблема. Кто возглавит эту новую когорту геномантов? Нынешний трибун Аврал, бывший понтифик. явно не потянет. Гомункулы — существа хитрые, умелые, но при этом коварные, с которыми нельзя расслабляться.

Кого же назначить трибуном? Вопрос остаётся открытым.

Спустя некоторое время гвардейцы докладывают: вдали за Обителью заметили фигуру на белом медведе. Это явно кто-то из геномантов. Скорее всего, сам настоятель Восточной Обители.