Газлайтер. Том 4 (СИ)

Врезаю мощным псионическим ударом, и щиты отморозка слетают напрочь, а сам он валится с криком на колени, выронив своего железного друга.

Бандит явно бывший солдат. Щиты были армейские, у Степана похожие, но у этого старые, может лет десять им, вообще удивительно, что со временем не рассыпались.

— Сам стой на коленях, сволочь, — выплевываю и новым пси-ударом вырубаю гада. Убивать не буду, пригодится для допросов.

Я смотрю на зрительский зал. Из посетителей не упали на пол только Маша и еще несколько одаренных. Княжна покрылась серебристым ледяным доспехом и стоит в воинственной позе. Все сейчас подняли головы на сцену.

— Вставайте, «Валентино», — громко командую в микрофон. — Эти отморозки не причинят вам вреда. Сейчас они заменят вас на полу.

Посылаю десяток ментальных приказов. Бандиты без слов поворачиваются к стене и начинают методично колотиться головами о бетон. Бах-бах-бах….Глухие звуки ударов разносятся по залу. Люди «Валентино» с ужасом смотрят, как на крашеном покрытии появляются кровавые пятна. Один за другим бандиты вырубаются и падают с расквашенными под масками лицами, кто-то замертво, кто-то в близком к этому состоянию. Ну парочку в живых я оставил, опять же для допросов.

В клубе повисает тяжелая давящая тишина.

— Почему вы еще не встали? — обращаюсь к своим сотрудникам, и они спешно вскакивают, бросая на меня испуганные взгляды. Прошкин нервно жует свой галстук. У Тамары накрашенные глаза настолько округлились, что, кажется, сейчас выпадут ей на пышную грудь. Алиса с Василисой тоже выглядят как парочка дрожащих ягнят. Маша сбрасывает доспех и снова превращается в принцессу, правда, порядком взволнованную.

Мой взгляд случайно падает на ведущего.

— Ах, да речь, — я снимаю микрофон с держателя и зычно произношу: — Сотрудники «Валентино», отныне вы под моей защитой! Будьте честны со мной и компанией, добросовестно работайте, а я, в свою очередь, никогда этого не забуду. Обещаю: тот, кто вас обидит, обязательно поплатится, — указываю свободной рукой на бандитов с разбитыми и сплющенными головами. — Как только что поплатились эти судари.

Реакция зала — гробовое молчание. А затем раздается тихое похлопывание. Хлоп-хлоп-хлоп… Все оборачиваются на хлопающую Тамару Репкину, а затем один за другим подхватывают и все остальные. Вскоре мне рукоплещет весь зал.

Сотрудники «Валентино» приняли мое деловое предложение.

После мой речи наступает время для разбора полетов.

— Даниил Степанович, мы глубоко извиняемся за то, что наша СБ допустила это катастрофическое происшествие! — произносит подоспевший владелец клуба «Фейерверк», рядом молча топчется директор его СБ.