Гении места или Занимательная география (СИ)

Там, дальше, беззвучно плачет Варвара, и слезы замерзают на ее щеках.

- Не бойтесь. Все в порядке. Я жива.

Гойрд вернул им Лину. Плеснул огромный хвост, почти аккуратно скинул женское тело на лед.

Когда подбежали Мика и Мо, Варвара уже кутала Лину в собственную куртку, согретую теплом тела. Кожа девушки приобрела какой-то голубоватый оттенок, короткие волосы слиплись сосульками, а в широко раскрытых глазах притаились все льды Арктики.

- Мо, бери ее на руки! Уходим!

Дважды Варваре повторять не приходится.

После. Ильдар и Тамара.

- Ты же знаешь, Там, времени терять нельзя.

- Давай подождем. Ты даже стоять толком не можешь!

- Для того чтобы пользоваться ментальной связью, стоять не обязательно.

- Какой же ты упрямый! – хрупкая женщина с досады притопывает ногой – абсолютно как маленькая девочка.

Седой мужчина пожимает плечами. Что толку спорить с очевидным?

- Давай, позовем детей? Почему ты не разрешаешь мне сказать им?..

- Это может подождать. А... Мне надо проверить, Там. Жив ли кто-то из Квинтума. Или из Старших. Хоть кто-то еще...

Тамара вздыхает. Он всегда был упрямым. А теперь, зная, что муж – член Квинтума, становится ясным, что это – не просто черта характера.

Ильдар сидит в кресле, закутавшись в плед, его еще слегка познабливает, рядом – на столике, кружка с дымящимся чаем. Это все выглядит мирно и совсем по-домашнему. И нисколько не соответствует тому, что он собирается делать.

Сначала он просто сидит с закрытыми глазами. Потом вздрагивает – словно ударил его кто-то невидимый. Начинает мелко дрожать – губы, плечи, пальцы на подлокотниках кресла.

Не слышит. Дрожит все сильнее. А потом глаза его вдруг широко распахиваются. Взгляд до дрожи пронзительный, кажется, что темная радужка затопила все пространство между седых ресниц – даже белка не видно. Из темных глаз начинает сочиться кровь, а потом и из носа. Ильдар пытается встать – у него это почти получается, шаг, путается в пледе и падает. Успевает подставить руки, так и стоит – на четвереньках, плечи вздрагивают.

- Ильдар! – Тамара уже рядом, уже на коленях, пытается поднять его за плечи и вдруг замирает. В комнате раздается звук. Поначалу тихий, он нарастает, становится громче, отчетливей, пока не становится ясно, что это. Это стучит сердце. Чье-то сердце. Тук-тук. Тук-тук. Тук... Тук... Тук...

Удары становятся реже... еще реже... тише... еще тише... Замерло. Нет, снова. Тук-тук. Тук...Тук... Остановилось. Окончательно.

Где-то за сотни километров отсюда врачи констатируют смерть пациента, несколько недель лежавшего в коме. А здесь, в комнате, Ильдар Чупин, словно лишившись вдруг сил, заваливается на бок. Кровь на его лице сочится отовсюду – из глаз, носа, уголка рта.

Обмакнув в кружку чая подол платья, Тамара осторожно обтирает лицо мужа, положив его голову себе на колени.