Госэкзамен

– Не ожидал, – несколько сконфуженно говорю я, повернувшись к девушке, уютно усевшейся с бумагами на другом углу дивана, под торшером зелёного света, – казалось бы, разные политические полюса, а вот гляди ж ты…

… и от её улыбки у меня заколотило сердце!

Песса Израилевна, будто чуя что-то материнским сердцем, материализовалась с веранды, где она вкусно пила чай и проявляла бдительность. Она промеж нас как диэлектрик, а то искры очень уж… летят!

Как-то у нас с Фирой быстро всё ко взрослой части перейти норовит. Несмотря на впуклости и выпуклости в нужных и интересных местах, проявившиеся далеко не вчера, она ещё недавно совсем девочка была.

Вроде и созрела, но дальше чем за руку подержаться украдкой, ну или верх разврата – поцелуй в щечку, ничего-то ей и не надо было. А потом ка-ак пошли звёздочки в глазах проскакивать!

Я так думаю, Песса Израилевна не столько развратного меня опасается, сколько решительных действий дочи. Фира сейчас как тот персик, что только рукой тронь, он и упадёт в подставленную ладонь. И ах, какой это персик!

Как же эта война не вовремя…

Вообще, прошлая война, особенно поначалу, была для меня скорее авантюрой, да и то сугубо ради поддержки Мишки.

Проиграли бы, выиграли… Ей-ей, всё равно почти что было!

Потом уже да, личной стала. Ну да оно всегда так бывает, если сердцем вконец не очерствел.

А сейчас… сейчас много хуже всё! Нет, с военной и геополитической сторон всё в порядке! Вот только…

… мне есть что терять. Шахты, рудники, плантации… плевать! На большинстве я даже не был никогда, ну или так, мимоходом. Доходы – да, жаль, но они всё равно почти целиком на развитие производства идут, на нужды Университета, социалку и прочее.

Не считая проживания в роскошном особняке колониального стиля, большинство комнат которого я обошёл только по вселении, да пожалуй, пару раз после, проверяя ремонт, живу я, в общем-то, скромно. К имуществу отношусь не то чтобы вовсе уж небрежно, но это скорее ресурс, возможность жить, не испытывая финансовых затруднений и легко изыскивать средства на что-то, что кажется мне важным. Привязанности как таковой к конкретным производствам – ноль. Это скорее условные фишки на карточном столе.

А вот страну… страну жаль терять.

Как-никак – детище! Пусть даже я один из многих родителей, но – кровиночка! А университет? Это да, кровное! Лично моё.

Теперь ещё и искры эти… Дело ведь не только в Фире, но и во мне. Люблю я её давно, но как-то так всё было… платонически. Знал, что когда-нибудь поженимся, и будут у нас дети, а соответственно, и прочее всё, что для этого надобно.

Знал, но отвлечённо. Отстранённо. Никаких скабрезных мыслишек и горячечных снов. То есть сны – были. Но не с Фирой. Образ был, а не живая девушка.