Госэкзамен

Он с лёгкостью выстраивает в голове сложнейшие многоходовки, при необходимости импровизируя и делая правки по ходу. Только вот работает это всё максимум на батальонном уровне, а дальше – бумажный Монблан начинает расти с угрожающей скоростью!

– Это всё важно, – тяжело сказал командующий, но вторично.

Он замер, оперевшись рукой о край стола, и все мы подобрались.

– Война… – слова Снимана увесисто падают с высоты, эхом отдаваясь в затылке, – ещё не объявлена, но уже началась. Воевать и умирать мы не боимся…

Оглядев нас через орудийные бойницы глаза, и не встретив возражений, он продолжил:

– … но и не хотим.

Даже если мы не боимся смерти, мы все… все без исключения не хотим терять близких. Друзей. Родственников. Соседей. Знакомых по гольф клубу. Каждый, не вернувшийся с войны – на нашей совести, буры. Каждый!

– Мы составили планы на все возможные ситуации, – его слова ледоколом раздвигают напряжённое молчание, – и хотя невозможно предусмотреть всего, ибо всеведущ только Бог, но видит Он, мы сделали всё, что смогли!

Оборвав речь, генерал начал молиться, и уж на что я не люблю такие моменты, но прохватило и меня…

– Сделали, – сказал он, закончив молитву, – Теперь, буры, нам нужно сделать чуточку больше! Все…

Сниман прервался, достав из сейфа бумаги.

– … все наши расчёты говорят, что британцев можно бить, и мы если не победим, то как минимум отобьёмся! Но…

Он опёрся на стол и снова обвёл нас взглядом.

– … нам нужна только победа, буры! Безоговорочная. Британцев нужно ударить так, чтобы ни у них, ни у их детей и внуков не возникло мыслей о реванше! Никогда! Никаких попыток экономической блокады в дальнейшем, или давления на нас посредством дипломатии.

Чтоб даже мыслей таких у них не было!

– Время… – командующий повернулся ко мне, едва заметно склоняя голову, – сыграло на нашей стороне. Мировой экономический кризис больнее тяжелее всего дался Британии, совпав, не без нашего участия, с кризисом политическим. Мы же единственная страна, которую кризис не задел. Никак! Экономисты говорят, что наша ситуация уникальная, и вряд ли она когда-нибудь повторится ещё.

– Я же… – командующий выпрямился, и голос его загремел, – вижу в этом Волю Господа Нашего! Поэтому мы, народ избранный, должны сделать всё, чтобы оправдать ожидания Его!

– Бог на нашей стороне, – уже тише повторил он, – и британцы знают это, отсюда вся их злоба! Сейчас вся Британия надрывается, мобилизует все свои силы, и каждый день простоя обходится для их казны в сумасшедшие, совершенно невероятные деньги!

– Британцы умны, – сухо констатировал Сниман, – и подлы.

Они знают, что простой невыгоден им, но они также верят в своё мастерство дипломатии и умение ссорить народы, взятое ими не иначе, чем посредством Отца Лжи.