Госэкзамен

Покачиваются буи, тихонько позвякивают крупные колокольчики, навроде коровьих ботал, подвешенные на сети. Сигнализация…

«Резать?» – показывает Ерофеев жестом, на что я пожимаю плечами и так же жестом показываю «Поднырнём. Разведка».

Сети, к нашему облегчению, оказываются утоплены не слишком глубоко. То ли командование британского флота не слишком впечатлилось рассказами о могучем подводном флоте ЮАС, то ли ещё что… не важно. От современных подводных лодок эта защита в общем-то действенная, а существования боевых водолазов устав Флота Его Величества не предусматривает!

На судах не спят и время от времени прожектора обшаривают воду, слышна перекличка часовых. А часовые то… а-а! Ясно. Абордажа опасаются… х-хе!

Снова утомительная тягомотина с тяни-толкаем. Медленно-медленно… буквально на ощупь. Фонари включать опасаемся, и смотали даже светящийся фал. А вдруг!?

Ползём по самому дну, и хотя в теории сети изрядно не достают за него, но я бы на месте бриттов присобачил хотя бы куски троса, прикреплённые к колокольчикам. Или скажем, выставил бы возле броненосца тяжёлых водолазов… Дежурить.

«На месте!» – уверенно сигнализирует корнет, но… контроль и ещё раз контроль! Оставив мину на дне, осторожно всплываю лицом вверх. Благо, подниматься до самой поверхности не понадобилось, подсвеченный огнями силуэт броненосца различим более чем хорошо.

Вниз… втроём цепляем мину и подводим её под днище броненосца…

… и изо всех сил стараемся, чтобы мина примагнитилась как можно мягче. Получилось? А чорт его знает… Мне вот кажется, что не слишком, но согласно расчётам, услышать нас могут только в том случае, если будут ждать именно что мины, притом что все агрегаты на корабле будут выключены. Впрочем, слабое утешение… всё равно в пот бросило.

Вырезав ножом кусок резины, закрывающей таймер, трачу пару минут, выставляя время. Вообще-то, делается это за десяток секунд, но я каждое своё движение проверяю по десятку раз. Не тот случай, когда можно ошибиться…

… дорога назад далась намного легче, хотя подсознательно и ожидалось всякого – от сброса глубинных бомб до встречи с акулами и муренами, прикормленными отходами с камбуза. А когда поднырнули под сети… вот тогда и поверили!

Сразу вернулось, как и не уходило, восхитительное состояние невесомости, радость жизни и все краски мира.

– Ну как? – нетерпеливо просипел рулевой, свешиваясь нам навстречу и помогая подняться.

– Завтра узнаем, – выплюнув загубник, пожал плечами дядя Гиляй, стаскивая акваланг, – всё завтра!

Поспать ночью так и не удалось, так что сумасшедшего учёного я отыгрывал вполне убедительно. Особенно хорошо получалось залипать над чертежами…

Вид у меня становился, по словам Фиры, выполняющей роль ассистентки, необыкновенно одухотворённый.