Госэкзамен

Он всё пытался переварить рукопожатие мэтра, стипендию и тот факт, что он, Сергей Кузьмин, вообще прошёл в Школу Искусств!

Друзья, дав ему пара минут на размышления, начали тормошить, спрашивая о конкурсе и строя самые грандиозные планы на будущее. Придавленный будущей славой именитого музыканта, Кузьмёныш вполне снисходительно поглядел на мать с Додиком. Пусть их!

– … сразу видно – нашенское государство! – громогласно рассуждал подвыпивший пожилой мастеровой, чинно вышагивающий позади Кузьминых на излишне твёрдых ногах по булыжной мостовой. Залитый самоуважением с самого утра, дядька щедро делится с окружающими мудрыми мыслями и луково-чесночным перегаром.

– А то! – поддакивал ему такой же немолодой и излишне чинный приятель, тщетно пытающийся вставить свои полгроша в чужой монолог, – Я вот…

– Не… – не слушая его, продолжал токовать самоуважаемый дядька, – Школа искувств, а? А говорят…

– Да брешут! – вмешался невидимый Кузьмёнышу словоохотливый третий, – Британия, ха! Клали мы на их с пробором и перебором!

– С прибором на их перебор! – пошутил кто-то, и мужики заржали, а потом, мешая в одном предложении поступившую в Школу Искусств внучку залитого самоуважением рабочего, Британию и экономическую ситуацию в целом, сошлись на том, что жить – хорошо…

– … а если вдруг што, то мы – у-у… За такую жистю, штоб детишки – в школах все до единого, а в школах сортиры с клозетами и бесплатные обеды…

– … зубами рвать будем, – выдохнул один из мужчин, – Не отдадим!

Про зубы Кузьмёнышу было неинтересно, и далее глас нетрезвого народа он пропускал мимо ушей, сосредоточившись на обсуждении с друзьями действительно важных тем…

… какого мороженого запросить им в честь такого события, да что лучше – иметь ручного льва или мотоциклетку?

– Не сходится, – с досадой бросаю карандаш на документы и резко встаю из-за стола. Скрежетнул по полу стул, сцарапывая краску, и я заметался по веранде, как тигр в тесной клетке, только не хватает хлещущего по бокам полосатого хвоста!

– Финансы? – меланхолично поинтересовался сидящий на перилах Санька, с негромким звяком размешивая чай со льдом.

– Придумаешь што-нибудь, – пожал плечами брат, с сёрбаньем (так вкусней!) отхлёбывая ледяной чай.

– Твоя вера в мои способности воодушевляет, – отзываюсь как можно более ёрнически, но получается скорее упаднически.

– Совсем хреново? – Санька чуть приподнял бровь.

– Ну… помнишь, мы с тобой проблемы пикирования разбирали? Вот тоже самое, только с финансовой точки зрения. Крутое пике!

Для наглядности я даже рукой показал степень его крутости, но Санька не слишком-то впечатлился.