Мой невозможный дракон

— Рафаэль, наконец я могу свернуть спектакль и все тебе рассказать.

— Я совершенно не против объяснений, — Раф захватил мою кисть в свои большие прохладные ладони, съедая меня жадным внимательным взглядом.

Я протянула Рафу шкатулку «с драгоценностями», и он вынужден был отпустить мою руку, чтобы принять шкатулку и открыть резную крышку. Некоторое время мужчина смотрел на содержимое шкатулки в полной растерянности, а через мгновение все краски сошли с его лица.

Я стояла рядом и, увидев, как Раф побледнел, под его растерянным взглядом достала из шкатулки костяные кубики, положила их на одну ладошку, сверху закрыла второй и затрясла их. Как когда-то в детстве. Раф перевел завороженный взгляд с моих рук на мое лицо.

Через несколько секунд я поднесла ладошки к уху и сделала вид, что прислушиваюсь.

— Что ты хочешь услышать? Они же неживые, — медленно проговорил Рафаэль.

— Кости со мной разговаривают, — грустно улыбнулась я.

— И что же они поведали тебе? — сощурил глаза мужчина.

— Что ты… самый лучший друг на свете, — прошептала, а яркие мужские глаза вдруг сузились ещё больше.

Я достала из шкатулки колечко с дешевым синим камнем и надела на палец. Когда-то друг купил его для меня на городской ярмарке, я могла надеть его даже на большой палец, а сейчас кольцо налезло только на мизинец.

— Мне оно тогда, правда, понравилось. — Я перевела теплый взгляд с кольца на застывшего Рафаэля. — Но ты обещал подарить мне самое дорогое на свете кольцо. Помнишь?

— Я всегда держу обещания, — сдавленно прошептал Раф.

— Я никогда не спрашивала тебя о том, кто ты, потому что ты просил об этом.

— Если бы ты знала, кто я, то смогла бы найти меня и попросить о помощи, — Рафаэль отвел взгляд от кольца и посмотрел в мои глаза. — Так?

Так. Но я пожала плечами, не давая ответ на этот вопрос, зная, как Рафаэль всю жизнь мучился из-за меня.

— Когда сгорел дом, я искала тебя. Ходила по улицам в надежде тебя встретить, но… больше на улицах города ты не появлялся, а меня сдали в интернат.

Рафаэль поставил шкатулку на стол, сделал шаг ко мне и порывисто заключил в объятия, зарываясь лицом в волосы, вдыхая мой аромат.

— Я ничего не понимаю, — прошептал он. — Почему тогда ты назвалась Алерией дес’Оринис? Откуда знаешь все правила этикета? Почему все это время молчала⁈

— Я все расскажу и объясню. А после ты прочитаешь кое-что, и мы снова поговорим.

Мы присели на диван, Рафаэль захватил мои руки в свои и не отводил от меня восхищенного взгляда, а я все ему рассказала, с самого начала, ничего не утаивая, кроме того, что… связь с Миральдом Мэлвисом уже закреплена окончательно.