Мой невозможный дракон

Мы просто должны были вновь представить себя людьми и всей душой пожелать вернуться в человеческий образ. С одной стороны, легко, с другой… получилось у нас лишь через час стараний. Вернее, у Лери получилось достаточно быстро, а у меня — только через час, потому что я никак не могла сосредоточиться, мысли все время убегали к Миру, я прислушивалась к тому, как он чувствует себя.

Раф предупредил нас, что мы станем обнаженными, так как наша одежда при трансформации была обычной, а не заговоренной. Поэтому для трансформации мы переместились на территорию дворца Оринисов, в парк, где никого не было, кроме предупрежденных нашей охраной двух служанок с платьями.

Мы с Лери были ошеломлены всем, что с нами случилось. И похищением; и тем, что к Рафу из-за Лери вернулся его дракон; и тем, что мы с ней сами стали драконицами; ее связью с Рафаэлем; отравлением Миральда; его чудесным спасением…

За несколько часов наша жизнь вновь перевернулась с ног на голову, а события разворачивались с невиданной скоростью и драмой.

И, конечно, я безумно боялась за Миральда, который не приходил в сознание и оставался в образе дракона. Всем своим существом я чувствовала, как яд все больше проникает в тело моего любимого, отравляя его кровь, и не знала, что делать. Более того, я понимала, что целители тоже не знали.

Никогда ещё я не находилась в таком сильнейшем отчаянии. Никогда не чувствовала себя такой беспомощной.

— Не верю, что ничего нельзя сделать. Так не может быть. — Я переодевалась в платье, которое мне принесла служанка в парке, делясь своим горем с сестрой, которая уже давно переоделась и ходила вокруг меня кругами.

— Рафаэль говорит, что сэр Мэлвис жив лишь благодаря невероятной силе воле, его организм все ещё не сдается каким-то чудом… Целители распознали в его крови сильнейший смертельный яд.

— Миральд знает, что я тоже умру, если он умрет, — сдавленно прошептала я, а Лери побледнела и судорожно вздохнула. — Даже без сознания он защищает меня.

Я, наконец, закончила с переодеванием, Алерия шагнула ко мне и крепко обняла, стискивая в объятиях. Я обняла сестру в ответ, чувствуя, что ее поддержка сейчас мне остро необходима.

— Думаю, ты права насчет того, что должен быть выход, — пылко прошептала сестра. — Ведь существуют же древние драконьи ритуалы, у драконов самая сильная магия в мире!

— Ты думаешь, драконы сидели бы вот так, сложа руки, если бы могли что-нибудь сделать для одного из них? — буркнула я, прикрывая глаза, с трудом справляясь с отчаянием, но все же слова Алерии заставили меня задуматься. И вспомнить об одном драконьем ритуале, в результате которого была создана рубиновая капля для того, чтобы скрыть мою ауру.