Ник. Цикл (СИ)

Тот, что помоложе, поднялся на ноги и вернул мне кивок:

— Мы рады, что ты уже в состоянии двигаться и, судя по всему, очень быстро идешь на поправку. — Он посмотрел на старика. Тот, не спуская с меня прищуренных глаз, слегка кивнул. — Позволь же в первую очередь поблагодарить тебя за помощь, оказанную тобой во время нападения разбойников, она оказалась очень кстати. И, — он показал рукой на расстеленный дастархан, — прошу тебя присесть к нашему столу, дабы скоротать время за неспешным разговором, ведь отправление еще не скоро.

Ишь как разливается соловьем! Может, это и настоящее радушие, но как бы мне не начали загонять иголки под ногти своими базарами, сохраняя при этом вежливую улыбку.

Ладно, раз просят, присядем. «И что они ко мне сразу на «ты»?» — подумал я и тут же получил ответ из памяти: вежливое «вы» гномы применяют к высоким сановникам, совсем глубоким старикам или при официальных встречах.

Я не стал мешкать и уселся напротив гномов, по-узбекски скрестив ноги. Гном помоложе слегка приподнял бровь. Как я заметил, они сидели по-обычному на раскиданных маленьких подушках, подложив под зад сразу несколько штук.

Теперь я повнимательнее рассмотрел гномов. Тот, что помоложе, как я уже упоминал, выглядел так же, как и остальные: борода в косичках, две короткие, до плеч, русые косы на голове, кожаная одежда. Рядом, на земле, в пределах досягаемости руки, лежит маленькая секирка. На лице легкая улыбка. Глаза серые, пронзительные, в них улыбки нет. Такие глаза бывают или у сильных духом людей, или у больших начальников. Тут ведь главное что? Просто надо спокойно в них смотреть, не поддаваться давлению.

Я с такими людьми сталкивался, слава богу, нужный иммунитет выработался. Самый простой способ (если чувствуешь, что поддаешься) — представить собеседника тужащимся на толчке, и все сразу станет на свои места.

Прямо и спокойно встретив взгляд этого гнома, я посмотрел на старика. И сразу споткнулся об его взгляд — взгляд умудренного жизнью человека, многое повидавшего на своем веку и отличающего ложь с лёту. Так и кажется, что провести его невозможно и даже не стоит пытаться.

Но это самообман. По моей ауре они ничего не поймут, убедительно врать в лицо я хоть и не люблю, но умею. Так что все зависит от меня. Вернее, от того впечатления, что я произведу. Оно на корню должно задавить возможные посылы их подсознания о происходящем.

Волосы у старика седые, в косички не заплетены, только борода. Лицо морщинистое. Сколько же ему лет? Руки лежат на коленях. Я посмотрел на них — еще сильные руки человека, привыкшего держать оружие в руках.