Ник. Цикл (СИ)

«Ладно, ты пока не обращай на меня внимания. Как будешь готов – свистни», – сказал я.

Интересно, а в этом виртуальном «нигде» я вообще что-нибудь могу делать? Или только просто так висеть в пространстве?

Я попробовал двинуться вперед и ничего не почувствовал. Даже если и двигаюсь, то без внешних ориентиров не сообразишь. Хм… И все-таки что это за место такое? Где это обретается мое сознание? С одной стороны, Умник говорит, что активность мозга снижена, то есть как бы и не мозгами я сейчас думаю. С другой стороны, с Умником-то я общаюсь? Но общаюсь с ним я обычно через ментальное тело, с помощью хитро выкрученных хрен-его-знает-каких полей.

Хм… В общем, получается, что мы, я то есть, нахожусь вне тела? Да нет, вряд ли. Насколько помню, и если это правда, то, покидая тело, душа (а душа ли?) все равно видит окружающее, а я тут в темноте, как в заднице у… хм… сижу…

Интересно, а тут действует магическое зрение? Ну-ка попробуем… Я привычно напрягся, включая магозрение. И это, неожиданно для меня, принесло результат. Правда, непонятно какой. Я почувствовал себя попавшим в сети паука. Все пространство вокруг оказалось перечерченным разноцветными линиями-струнами, образующими неравномерную трехмерную решетчатую конструкцию, которая медленно-медленно меняла свою форму.

Я оказался висящим в небольшой пустой ячейке, не касаясь струн. Посмотрев более внимательно, я заметил, что струны-линии не везде ровные. Некоторые изгибаются. М-да… Интересно, и что это такое? Кстати, на пересечениях многих струн висят какие-то шары разного размера и цвета. Да нет, не совсем шары. Они тоже медленно деформируются. Типа резиновых воздушных шариков, наполненных водой… Тут на моих глазах одна из тусклых струн стала истончаться и тускнеть, пока окончательно не пропала. Шар, к которому она крепилась, тоже чуть потускнел. Вдруг он попытался выбросить из себя щуп в том же месте, где ранее была исчезнувшая струна. С первого раза не получилось. Где-то с пятой попытки все-таки это ему удалось, и новая струна медленно стала разгораться и утолщаться. Процесс шел медленно, и мне надоело за ним наблюдать. От мельтешения света и густо пересекающихся разноцветных линий у меня зарябило в глазах, и я временно отключил магозрение, снова оказавшись в полной темноте.

«Да не готово еще!» – возопил он.

«Успокойся, – хмыкнул я. – И вообще, у тебя нет эмоций. Так что не надо орать».

«А вот тут ты неправ, – уже спокойно ответил Умник. – Эмоции у меня есть. Как я тебе говорил, матрица личности, которую я на себя надел уже давно, стала неотделимой от меня частью. При всем моем желании мне не удастся ее снять. И эмоции, пусть и запрограммированные, для меня вполне реальны».

Угу. Когда-нибудь я все-таки доберусь до внутренностей Умника.