Оборотень по объявлению

— Да какой, к херам, недостаток? Он — преемник! Бегать от обязательств, когда твой отец мучается, не имея возможности уйти, разрывается от отчаяния! Когда стая распадается, потому что у вожака не хватает сил для сплочения! Это, по-твоему, нормально, Лена?

Жутко разозлившись на него за нравоучения, пусть он в чем-то и был прав, я парировала:

— По-моему, все, что со мной происходит за последнюю неделю — ненормально! Лисы, волки, медведи! — я посмотрела на него. — ТЫ!

— Я? — от удивления мужчина сбавил скорость. — Да по сравнению с ними я самый нормальный из всех! И кстати, прошу оценить — у меня нет никаких обязательств перед стаями, и я не вою на луну, как полоумный!

— Да? Ну хоть чем-то порадовал! — всплеснула руками. — А что ты делаешь тогда? Роешь норы? Лазаешь по деревьям?

— Соблазняю девственниц! — передразнил мое выражение лица Тимур, а я воскликнула:

Препираться с ним было легко. И, признаться, мне даже понравилось. Этакое чувство морального удовлетворения. Обстановка в машине как-то разом перестала быть напряженной. Наверное, нам обоим надо было вспылить как следует, чтобы выплеснуть раздражение последних часов.

Прокрутив в голове еще раз его ответы, я поняла:

— Значит, ты не относишь себя ни к волкам, ни к медведям, ни к лисам. Тогда кто ты?

— Если ты не хомячок, то не стоит, — я замотала головой.

— Сомневаюсь! Мне бы понравилось, если бы ты был человеком. Сильным, пусть и объевшимся… предположим, плутония, но человеком!

— Вот этим я тебя порадовать не могу! — он замолчал, казалось, недовольный моими словами. Но я не хотела врать, что его, например, лохматая шкурка порадует мой глаз.

Я выросла среди людей! Обычных, ничем не примечательных, не превращающихся в животных людей!

Следя за дорогой, я стараясь не соприкасаться больным плечом с сидением. Из приоткрытого окна воздух холодил кожу, и изредка по ней бегали мурашки. Но я не обращала на них внимания. Мы практически пересекли весь город, оставив центр далеко позади, и въехали в зеленую зону.

Знакомая местность или нет? Вроде бы мелькали узнаваемые силуэты, но если это и правда дорога к волкам, то неудивительно. Не больно-то в темноте и в суматохе запомнишь!

Я до сих пор сомневалась, привезет ли он меня к ним или повременит из-за похорон. Но когда мы свернули на дорогу к дому Суворовых, я поняла — все-таки к нему можно быть менее категоричной.

Повернувшись к Тимуру, я хотела было поблагодарить его, понимая, чего ему стоило вот так сюда заявиться после ночной стычки и всей истории с разрабатываемым приложением, но натолкнулась на горящий взгляд разноцветных глаз. И мигом растеряла все слова благодарности.

— Полина, — выдавил он из себя.

— Что — Полина? — мы еле ползли по дороге к особняку.

— Только кровь Полины.