Оборотень по объявлению

Мы должны закончить через две недели.

— Хорошо, Валерий Максимович, — мне показали на стопку папок, с которыми я должна сейчас поработать.

Вынужденная провести весь день с шефом в кабинете, к вечеру я находилась в крайне раздраженном состоянии. Начальник имел репутацию достаточно спокойного мужчины, но сегодня с ним явно было что-то не то. Он срывался на крик в телефонных разговорах, загонял секретаршу, и смотрел на меня так, будто я готова стащить бумаги прямо у него из-под носа.

Пока я сухо распределяла материал по дням для трех «избранных», не особо вникая в подробности, все было спокойно, но как только я собралась с одной из папок выйти из кабинета — шеф чуть на стуле не катапультировался.

Я все больше настораживалась, посматривала на оставшиеся на столе у начальника документы с нездоровым интересом и поймала себя на том, что мне уже все кажется подозрительным.

Иногда я думала о вчерашнем незнакомце, о том, как он таскал меня на руках, и о жутком вое, от воспоминания о котором у меня до сих пор бегали мурашки по коже.

Ждала ли я звонка от него? Признаться — ждала. Хотя бы для того, чтобы ответить, чтобы он катился лесом. Но мне не звонили даже подружки. И это было крайне странно…

Когда взволнованный шеф вылетел из кабинета, я с сомнением покосилась на его стол. Любопытство раздирало, но я боялась быть застуканной с поличным.

Мой взгляд зацепился за окно около его стола, и в голову пришла одна рискованная идея. Оглянувшись на дверь, я тихо прокралась к его столу и встала так, чтобы при возвращении начальника мгновенно повернуться к окну и сделать вид, что заинтересовалась происходящим на улице.

Нужные документы лежали чуть в стороне, и я приоткрыла папку. Схемы и диаграммы с зашифрованными значениями бросились мне в глаза первым делом, еще больше убедив меня в том, что заказчик был ой как непрост. Я пролистала еще несколько заданий и поняла, что, даже задайся я целью выяснить, что было закодировано под теми или иными буквами и знаками, я бы так и не поняла, что они означают.

Все итоговые данные шифром передавались им, и я могла только гадать, какие же характеристики они там скрыли. Интересно, почему шеф прячет их от меня? Все равно я тут при всем моем большом желании сунуть нос в эти дела глубже разрешенной черты не могу…

Я как раз успела сесть обратно на диван, где на журнальном столике были рассортированы документы и записывались тех задания для каждого из троих сотрудников, когда Валерий Максимович вошел в кабинет.

Он остановился у стола, бросив на меня подозрительный взгляд, но я сделала вид, что с головой ушла в работу. Шеф вел себя уже гораздо спокойней, видимо, «прогулка» пошла ему на пользу.