Седьмой круг

Прежде на конную прогулку Элизабет предпочитала надевать узкие мужские бриджи, теплые чулки и высокие сапоги, чем вызвала резкое неодобрение отца.

— Где мог достать Мельбурн такую прелесть? — разглядывая себя со всех сторон, и не скрывая удовольствия, поинтересовалась Элизабет. Ей впервые захотелось увидеть зеркало. Но она все еще боялось того, что может увидеть в нем. Граф не раз называл ее прекрасной, но Лиз не верила, что после всех потрясений ее красоте не был принесен заметный ущерб. Девушка вовсе не была настолько тщеславна, но Лиз воспитали с мыслью, что ее внешность не уступает по красоте и изяществу известной признанной красавице белой розе Англии, Мари Тюдор, младшей сестре короля, которой ныне не было в живых, но легенды о ее ослепительной внешности до сих пор ходили в народе.

Мария Тюдор блистала при дворе совсем недолго и была королевой Франции лишь три месяца, а овдовев вышла замуж за герцога Саффолка, чем вызвала гнев своего венценосного брата, и он выслал сестру и друга в деревню. Позже Его Величество Генрих даровал свое прощение ослушавшейся его влюбленной паре, но Мария ко двору не вернулась, и спустя несколько лет тихо умерла в безвестности, в то время, как ее супруг, блистательный герцог Саффолк развлекал придворных дам. Когда-то Элизабет мечтала покорить лондонский свет своей красотой, но этой мечте не суждено было сбыться.

— Лиз, что случилось? — спросила Мэри, завязывая под подбородком Элизабет Невилл ленты от шляпы.

— Ничего, Мэри. Просто я вспомнила свой дом, отца и мачеху, братьев, и то, как я была счастлива с ними.

Юная Бренон печально расправила ленты, и накинула на плечи Элизабет подбитую мехом накидку. Она не нашла слов, чтобы утешить подругу, да и что можно сказать в такой ситуации.

— Этот костюм его сиятельство купил для Луизы два года назад, во Франции, но она так ни разу и не одела его. Луиза не любила лошадей.

— Надеюсь, что сейчас она счастлива. Со своим мужем. — сказала Элизабет, заставив себя улыбнуться. — Она заслужила, Мэри. Я никогда не забуду ее доброты. И Бог Свидетель, как мне ее не хватает. Не знаю, увидимся ли мы еще.

— Нужно верить, Элизабет. Иначе незачем жить. Иди, моя красавица. Срази его наповал.

— Миледи, вы само очарование.

 — как-то скупо улыбнувшись, приветствовал граф свою пленницу. Девушка грациозно склонила головку, почти коснувшись пером от шляпки его протянутой руки. — Позвольте показать вам конюшню, чтобы вы сами могли выбрать себе лошадь. Приняв его руку, затянутую в черную кожаную перчатку, Элизабет последовала за ним. Многочисленная свита графа расступалась перед ними, бросая на девушку любопытные, восхищенные и ироничные взгляды. Она гордо держала свою голову, ослепительно улыбаясь каждому, кто приветствовал ее.