Седьмой круг

 — ее голос дрожал, и было видно, как сложно дались ей эти слова. Роберт был поражен до глубины души. Девушка готова была отдать себя ему, лишь бы избавиться от внимания графа.

— Он убьет нас обоих, миледи. — горько ответил Роберт. — И я тоже уверен в своих словах. Вы же хотите жить?

Вернувшись в покои графа, Элизабет застала его за чтением книги. Небрежно развалившись в кресле, он казался немного уставшим, между нахмуренных бровей пролегла неглубокая морщина. И когда его синие глаза остановились на ней, Элизабет почувствовала, как упало сердце.

— Ваша аудиенция с герцогом Саффолком окончилась? — спросила она, напуская на себя безразличный вид.

Граф указал ей на стол, где остывал ее ужин.

— Откуда вам известно, что Саффолк здесь? — спросил Ричард, пристально наблюдая за Элизабет.

— В коридоре я встретила сэра Роберта, и мы обменялись парой слов. — спокойно ответила девушка, присаживаясь за стол. — Вам придется уехать?

— Да, Бет. — кивнул Ричард. — Завтра утром мы с Чарльзом уезжаем.

— Вы так близко знакомы с герцогом, что называете его по имени? — сухо осведомилась Элизабет.

— Я давно знаю его светлость.

К тому же, как мне недавно стало известно, ваша подруга и моя сестра сильно благоволят к герцогу.

— Она писала о нем много хорошего. — Любезно ответила Лиз. — Зачем я говорю, вы же знаете.

— Она его любовница.

Элизабет побледнела, посмотрев в спокойное лицо Ричарда. Он горько улыбнулся.

— Я был поражен не меньше вашего. Она влюбилась в него еще до замужества, и не смогла устоять. И сегодня он дал мне понять, что их связь продолжается.

— вынужден терпеть, как и все мужья неверных жен, чьи любовники пользуются огромной властью и благоволением его величества.

Я пытался повлиять на нее, но разум сердца выше морали. Что ж, по крайней мере, я выдал ее замуж, и ее имя и репутация вне подозрений.

— Разве замужество является ширмой для амурных похождений? — возмущенно спросила Элизабет. Ей было сложно поверить, что искренняя и честная Луиза могла пойти на измену.

— очень часто, моя дорогая. — мягко улыбнулся Ричард. Он задумчиво наблюдал за ней, пока она ела. — у вас плохой аппетит. Вы не больны?

— Нет. Обжорство — не мой конек. — улыбнулась девушка.

— Скажите мне, как вы относитесь к правлению его величества? — неожиданно спросил Мельбурн.

Элизабет чуть не подавилась от удивления.

— Я не сильна в политике, ваше сиятельство.

— А ваш отец? Он поддерживает реформы короля?

Захлопнув книгу, Ричард отложил ее в сторону, вопросительно глядя на вновь побелевшую Элизабет Невилл.

— Король приказал упразднить все монастыри, конфисковать их земли, запретил католические праздники, а ваш папа — католик. А Инграм Перси, ваш дядя первым познал на себе силу королевской власти.