Седьмой круг

Саффолк, Камберленд и Уэстморленд обеспечат ей поддержку и покровительство. Так что для тебя, мой друг, эта дама потеряна в любом случае. Ее выдадут замуж в худшем случае за барона. Конечно, после того, как повесят ублюдка Ридсдейла.

— Для меня главное, чтобы она была счастлива. — лицо Роберта смягчилось, напряжение покинуло тело. — И Элизабет Невилл достаточно сильна, чтобы сделать собственный выбор. Если она решит выбрать меня, общество не сможет помешать.

— Она никогда этого не сделает! — усмехнувшись, уверенно заявил Мельбурн, окинув друга снисходительным взглядом.

— Я думаю иначе, Ричард. — осторожно сказал Роберт. — В день перед твоим отъездом, Элизабет приходила в мою комнату. Она просила меня бежать с ней или сделать своей, чтобы ты прекратил свои грязные домогательства….

Роберт не успел договорить, мокрая рука графа молниеносно схватила его за сорочку и рванула вниз. Теперь их лица разделяли миллиметры.

— Ты врешь. — глаза и голос Ричарда полыхали яростью.

— Я не вру. Она была в отчаянье. — Роберт не позволил себя поддаться панике и страху перед гневом своего хозяина. Любовь к женщина была сильнее.

 — Я никогда ее такой не видел. Ты довел ее до крайности. Вот почему я пришел сюда. Я не верю, что за какие-то часы ты мог изменить решение. Однако, уже следующим утром, после твоего отъезда, Элизабет сказала, что ты обещал передать ее отцу письмо, в котором говориться, что она жива и находится под твоим покровительством. Если это новая пытка, то я сделаю то, о чем просила Элизабет, и можешь делать с нами все, что захочешь. Если ты обманул ее, она не переживет. Так что терять нам нечего.

Ричард неожиданно расхохотался, с силой отталкивая Роберта Холла, который споткнувшись, чуть не упал.

— И что ты сказал нашей крошке? Как объяснил свою неспособность удовлетворить ее желание? — намыливаясь, и не глядя на Роберта, небрежно спросил Мельбурн. В его голосе сквозило презрение и насмешка.

— Я сказал, что ты убьешь нас обоих. — глухо отозвался Холл. Поведение графа ставило его в тупик. От ярости до полнейшего равнодушия….

— Ты ошибся, друг мой. Зачем мне убивать вас? — повернувшись Ричард почти ласково улыбнулся Роберту, но взгляд оставался ледяным и колючим.

 — Я же не ревнивый любовник. Она — моя пленница, а ты друг и поверенный. Я похож на идиота? Если бы вы бежали, я бы вас вернул, а, если бы ты трахнул ее, я бы тебя кастрировал, но не убил. К чему такие жертвы? Ну, а потом…. - губы графа расползлись в язвительной насмешливой улыбке. — Я бы сделал с ней то, что запланировал, но только не так…. Не так, как сделал.

— Нет. — выдохнул со свистом Роберт, отчаянно замотав головой. Лицо его побледнело, все краски отхлынули, даже губы побелели.

— О, да.