Седьмой круг

— Как, Бет? Что по твоему, я должен делать? Пасть к твоим ногам? Молить о еще одной ночи любви?

— Нет! — возмущенно бросила она, подняв на него голубые несчастные глаза. — Не меняйся, Ричард. Не будь со мной жесток. Снова. Я не могу больше выносить твоих буйных перевоплощений.

— Так не терпи, Элизабет. — сухо ответил он. — Что ты хотела найти здесь? То, что не нашла в комнате Роберта, у которого хватило ума отказаться от того, что ты ему предложила.

Гнев и облегчение смешались в душе девушки. Теперь она хотя бы знала причину недовольства графа. Она злилась на Холла.

Как он мог выдать ее?

Ричард выжидающе смотрел на нее. Но Лиз не собиралась оправдываться.

— Я была в отчаянье, Ричард. — гордо взглянув в осуждающие глаза, ответила она. — Ты до смерти напугал меня своим напором.

— Но ты передумала, когда Роберт не воспользовался твоей щедростью, и одарила меня… благосклонностью. — язвительно заметил Мельбурн.

— Но ты получил то, чего хотел, не так ли? — в тон ему отпарировала Элизабет. Широкая улыбка обнажила белоснежные зубы графа.

— Получил. — кивнул он.

— То, что произошло, никак не связано с Робертом Холлом.

И ты прекрасно знаешь это.

— Знаю. — снова кивнул Ричард. — Но я хотел услышать от тебя.

— Ты женил его на Беатрис, потому…

— Нет. Я женил его на ней, чтобы избавиться от ее домогательств. Но, как вижу, ты решила заменить ее. Боюсь, что для тебя больше нет достойных женихов.

— Я не собираюсь домогаться тебя. — возмущению Элизабет не было границ. Самодовольство Мельбурна выводило ее из себя. Она почти готова была ударить его по циничной насмешливой физиономии.

— Я рад это слышать, дорогая Бет.

 — усмехнулся Мельбурн. — Я действительно сознательно избегал наших встреч, потому…. Потому что пока не испытываю желания продлить нашу связь. — слова дались ему с трудом, потому что были откровенной ложью. Ричарда тошнило от самого себя, но он продолжил: — Дело в том, что я слишком истощен выматывающей дорогой, и одной прекрасной женщиной. Она — настоящая фурия и испытание для самого развращенного повесы. Сам король долгие годы не мог отказать себе в удовольствии обладать этим роскошным телом.

— Зачем вы говорите мне это, милорд? — глаза девушки холодно сверкнули, и она перешла на официальный тон, воздвигая между ними невидимый барьер.

Ричарду стало тяжело дышать, когда он заметил неприкрытую боль в ее побледневшем лице. — Я пришла сюда не для того, чтобы искать вашего внимания или ласк, которыми вы щедро награждаете каждую юбку, и не потому, что меня мучает неизвестность и моя дальнейшая судьба, которая все еще зависит от вас, и уж точно не для того, чтобы выслушивать ваши двусмысленные пошлые намеки и оскорбления.