Седьмой круг

И девушка упивалась этим безоблачным моментом счастья в кругу семьи, пытаясь как можно дольше отодвинуть следующий день, таивший в себе смутные тревоги и сомнения. Она прятала в глубинах памяти любые напоминания о тяжелом прошлом, о людях, причинивших ей боль, и перенесенных лишениях. Она отчаянно искала забвения и находила его в любящих глазах отца и братьев. Элеонора постепенно смягчилась, и все еще не задавала вопросов, затронутая всеобщим радостным настроением. Горничная Сара поначалу немного смущалась и вела себя принужденно и сковано, ожидая увидеть в вернувшейся хозяйке прежние эгоистичные и порой жестокие черты, но вскоре совершенно расслабилась, и искренне привязалась в этой новой повзрослевшей и помудревшей леди с добрым сердцем. Несколько недель пронеслись, как короткое мгновение, оставив в душах людей самые теплые и светлые воспоминания. Дни радости, гармонии и смеха. Элизабет хотелось чтобы они никогда не кончались, так ей было хорошо и спокойно. Но иногда посреди ночи девушка вскакивала с кровати в холодном поту, и испуганно озиралась. Ей снова чудились ледяные склизкие стены темницы, и темный угол в спальне Луизы Мельбурн, где ей приходилось коротать свои ночи, и та жуткая коморка без окон, в которой она медленно возвращалась к жизни после безумно-жесткого распоряжения графа Мельбурна, повлекшего за собой чудовищную расправу над невинной девушкой. И она видела страшные безжизненные, выбеленные яростью глаза графа, как наяву слышала беспощадный, бьющий по нервам голос. Закрывая глаза дрожащими ладонями девушка отчаянно кричала и звала на помощь, ее сердце колотилось, словно у загнанного олененка, а дикий ужас сковывал все мышцы, ей не хватало дыхания, и она хрипела во власти ночного кошмара, пока на помощь не приходила Сара. Ее мягкие нежные руки успокаивали Элизабет, и она затихала, постепенно узнавая свою спальню, и вспоминая, где она.

— Это никогда не кончиться. — шептала она, кладя голову на колени горничной, перебирающей влажные пряди госпожи. — Почему я не вспоминаю другие моменты? Только боль, только страх и ненависть. Я не могу излечиться.

— Все пройдет, миледи. — ласково обещала Сара. — Время лечит. Вы в безопасности. Не думайте о плохом. Отец сможет вас защитить.

— Да… Да. Я верю тебе, Сара. Верю.

Через десять дней после Рождества в Ньюборн приехал гонец. Томас Перси ждал с нетерпением любых вестей. Он всей душой верил, они положат конец подвешенному существованию его семьи. Сэр Томас жаждал обрести уверенность в завтрашнем дне, чтобы перестать бояться преследования со стороны Его Величества Генриха Тюдора или очередного призыва к восстанию.