Седьмой круг

— А ты виновата, Лу? — приподняв лицо сестры за подбородок, Ричард посмотрел в заплаканные глаза. — А моя жена виновата? А близкие всех тех мужчин, кторые сейчас чувствуют хоть какое-то успокоение от мести?

— Месть не приносит удовлетворения, она превращает нас в того, кому мы мстим. — произнесла Луиза. — Я не думала, что ты способен на такое зверство.

— А, может быть, во мне не осталось ничего от того, кем я был несколько месяцев назад.

— Это не так. Ты зол, ты в ярости. Твоя душа ослеплена гневом, но когда прежний Ричард вернется, он будет горько жалеть….

— Нет, Луиза. — покачал головой Мельбурн, — Ты — дитя. И многого не понимаешь. Есть вещи, которые нельзя забыть и простить. Убить Алекса Флетчера слишком просто, а вот заставить страдать и пройти муки ада, в которых пребываю сейчас я, вот, что мне нужно. Я и не остановлюсь, даже не проси.

Ричард крепче прижал сестру к своей груди. Отчаянные хриплые крики Элизабет Невилл, полные боли, больше не трогали его. Как он может забыть…. Закрыв глаза, он снова вспомнил синее маленькое тельце своего мертвого сына, найденное в кровати жены. Он похоронил их в одной могиле. Похоронил сам, но прежде омыл их тела, одел Марию и завернул в пеленку ребенка. Никто не способен перенести боль, выпавшую на его долю. И ему уже никогда не оправиться и не стать прежним. Его сердце было похоронено в той могиле, где покоилась его несчастная жена и сын, так ни разу и не увидевший солнечный свет.

Проснувшись с первым лучом солнца, Мельбурн не сразу понял, где находится. Так бывает, если постоянно передвигаться. Отодвинув мирно посапывающую сестру в сторону, он поднялся и, ополоснув лицо, водой вышел на улицу.

В лагере было тихо. Повсюду валялись пустые фляги из-под вина, воины спали в своих палатках, посреди лагеря тлели угли вчерашнего костра. Заметив Роберта Холла, который дремал сидя, возле груды покрывал. Его рука крепко сжимала меч. Услышав чьи-то шаги, Роберт выпрямился и выкинул вперед руку, направив меч на Мельбурна. Но узнав в приближающемся мужчине своего хозяина, опустил оружие.

— Это ты. — сказал он с облечением, устало проводя рукой по лицо. Он кивнул в сторону груды тряпья, и только сейчас Ричард заметил бледную руку, выглядывающую в складках брошенных на землю одеял.

— Только не говори, что она сдохла.

— Нет. Мне всю ночь пришлось отгонять этих псов. Она едва жива и истекает кровью. Должен сообщить, что твоя месть удалась. Этот ублюдок Флетчер не успел исполнить свой супружеский долг, умчавшись отвоевывать свои земли, как только ему донесли, что мы осадили Ридсдейл.

— Это она тебе сказала? — скептически усмехнулся Ричард.

— Она была не в состоянии говорить. Купер похвастался. И что нам теперь с ней делать? Девчонке нужен доктор.