В теле пацана 6 (СИ)

— Происки вампиров, — соглашается один из «кошаков».

— Мы ловим змей, беспокоиться не о чем, — раздалось от Еши.

— А я их варю, беспокоиться не о чем, — выпалил ворчливо повар со своего костра, всё ещё дожидающийся вёдер с водой.

— Крис, не отлынивай от ответа, — укорила Веби, вцепившись в меня взглядом. — Там не вспыхнул ни один твой магический шар.

— Да как вы узнали, что я был в ущелье после отступления? — Спрашиваю возмущённо.

Вебисида начинает ржать.

— Вот ты и попался, — говорит Еша довольная и дальше наставнически: — считайся с друзьями, раз нужны в гулянке, нужны и в бою. Мы не подведём.

— Резервуары держат? — Перевожу тему, поглядывая на Ольви. Которая почему — то в ответ смотрит с глубочайшим укором.

— Да, но воняет, что свежий конский навоз, вампиры поймут, особенно после того, как распробовали, — ответила Вебисида.

— Не поймут, мы и так нальём везде, — раздалось от Еши.

Это мы очередной сюрприз приготовили гадам. Только бы сработало.

Оживился народ у костра, фелисы стали шутить, подкатывая к Вебисиде и получая от неё шутливого подзатыльника. Кофе всем нарожал, подогрели в чайнике, мяско кушаем, мило болтаем. Посматриваем с Ольви друг на друга. И всё больше мысли в голове проскальзывают, что хочу до очередного боя с ней побыть вдвоём.

Магичка ведь с билетом в один конец сюда явилась. Ей ни до Утёса, ни тем более до Градира уж точно отсюда не допрыгнуть. Она знала, на что шла. И теперь у неё родных не осталось. Она никого не винит, и больше не оплакивает деда.

Грустную улыбку внемлю. И пересаживаюсь к ней ближе под шумок.

Мне вдруг подумалось с грузом на душе. А что если переместить её прямо в квартиру градирскую ценою резерва Камня вопреки её воле? И пусть она меня потом ненавидит, но сюда уж точно не успеет вернуться до боя. Сейчас мне особенно страшно, ведь если потеряю её… всё утратит смысл.

А она незаметно для многих берёт мою ладошку, сжимает своей крохотной, цепкой, почему — то холодной. И вот как мне теперь её обмануть?

Проходит ещё немного времени, и она кладёт свою головушку мне на плечо, уже без всякого стеснения. Признаться, у меня витал в воздухе вопрос, что у неё с архитектором, а потом ещё и про бывшего мужа сварливо собирался спросить. Но ведь ответ очевиден. Она здесь, со мной, на первой линии фронта.

Как самая верная, боевая подруга.

Поэтому я просто обязан кое — что сделать.

Напрягся, Ольви встрепенулась, отпряв. Поднимаюсь резко, соратники смотрят вопросительно и с тревогой.

— Всё нормально, воины, — говорю спокойно и к Ольви обращаюсь: — покушала? Пошли, прогуляемся.

Смотрит, как обычно, в своём репертуаре с полнейшим безразличием и приподнятой губёшкой.