Всегда война Часть 9 (СИ)

Вчера вечером, когда выделенный для нужд группы Дегтярева эсминец заходил в Феодосию, недалеко от волнореза был почти незаметно спущен в воду и затоплен некий длинный и тяжелый предмет, к которому как раз и направились подводные диверсанты.

В тот момент, когда турецкий крейсер при свете зарождающегося утра, смачно дымя трубами, подошел к Феодосии, возле мола, под водой на глубине четырех метров, на специальном подводном носителе, чем-то напоминающем большую торпеду с сиденьями и защитными козырьками, в ожидании замерли трое боевых пловцов. Командир группы выпустил на поверхность небольшой поплавок с тросиком антенны, в ожидании новых вводных от полковника Дегтярева. Пока турецкий крейсер не станет на якорь, подходить к нему на тихоходной, так называемой, мокрой подводной лодке, не было смысла — просто походя порубит винтами.

Не доходя до входа в порт около полукилометра, турецкий крейсер встал на якорь и оповестил весь город о своем прибытии хлестким холостым выстрелом из 120мм орудия.

Как только крейсер заякорился, Дегтярев с помощью карты, компаса и лазерного дальномера определил точное положение судна и связался с командиром группы боевых пловцов, который мог только слушать, дал ему наводку на место стоянки по курсу и расстоянию, и подводный носитель, включив электродвигатель, медленно двинулся к застывшему на рейде турецкому кораблю.

Приход боевого корабля под турецким флагом, и выстрел пушки, однозначно показывающие агрессивные намерения пришельца, всполошили население города. Хотя и градоначальник, и военный комендант Феодосии, были извещены еще с вечера особым приказом командующего Черноморским флота о возможном нападении турецких кораблей, не спали, прорабатывая план мероприятий, и дошедшее около пяти утра известие о нападении на Одессу и о фактическом объявлении войны Турции добавило нервозности.

Они знали, что вчера ненадолго в порт заходил эсминец из Черноморской эскадры, выгрузил несколько рабочих и матросов, и так же быстро ушел дальше, что сейчас вызывало лишь сожаление — останься корабль в Феодосии, была бы хоть какая-то защита, а так город фактически безоружен.

Поэтому появление жандармского ротмистра из контрразведывательного отдела штаба флота вызвало оторопь и некоторое облегчение. Но вот чуть позже, когда до градоначальника дошло известие о приходе к городу турецкого бронепалубного крейсера с самыми враждебными намерениями, фактически началась самая настоящая паника.