Звёздный взвод. Книги 1-17

Скорее бы мученья кончились.

Наемники смотрели на монгола с состраданием. Да, он их предал, помогал врагам в уничтожении группы, но Талан все же был землянином. Вряд ли это имело значение на родной планете, а вот на Тасконе подобный факт приобретал особый смысл. Представителей молодой развивающейся культуры судьба забросила в этот гибнущий мир и заставила воевать. Какая разница, на чьей стороне? Они, в любом случае, здесь чужие. Их так мало, что потеря даже одного человека, пусть и врага, больно отдается в сердце. Тем более, что бедняга погибает долго и мучительно. Смотреть на искаженное болью лицо монгола, на судороги, сотрясающие все его тело, земляне не могли.

– Олесь, помоги мне, – взмолился Талан. Вытащив из-за пояса кинжал, юноша протянул его Агадаю.

– Это все, что я могу сделать, – сказал юноша и отвернулся в сторону.

– А большего и не надо. Умереть достойно сотник великого хана Батыя всегда сможет, – гордо проговорил монгол. – И все же смешно. Русский кинжал, от которого я должен был бы погибнуть на Земле, настиг меня даже здесь.

Раздался сдавленный, хриплый смех. Неожиданно он оборвался. Олесь повернулся и увидел распростертое тело Агадая.

Из сердца воина торчал кинжал, и по полу растекалась алая кровь.

– Вот и все, – с грустью сказал Тино. – Теперь нас стало еще меньше. Трое из восьми. А ради чего? Могущество Алана? Так мне на него наплевать. Ради собственной жизни? Вряд ли. Смерти я не боюсь, хотя и не ищу ее. Над этим стоит поразмыслить, Олесь. В чем-то покойный Талан был прав.

Храбров кивнул головой, но отвечать не стал. Состояние русича было просто отвратительным. Он смотрел на труп монгола и никак не мог отвести глаза. Если бы Агадай погиб в бою, от меча или стрелы, если бы он умер от какой-нибудь болезни, юноша не переживал бы.

Но видеть, как действует этот проклятый препарат, оказалось выше моральных сил Олеся. В душе он поклялся, что обязательно припомнит Алану столь жестокий эксперимент. Издеваться над людьми не имеет права ни одна, даже самая высокоразвитая, цивилизация.

Тем временем, возле покойника собралась большая толпа. Не так часто в Нейтральном секторе кончали с собой люди. Тем более, посреди одного из самых шикарных заведений. Спустя пару минут в круг пробился страж порядка.

Профессионально, уверенно он начал осматривать окружающих. Наконец морсвилец остановил свой взгляд на Аято:

– Кто это сделал? – требовательно спросил тасконец.

– Он сам, – спокойно ответил самурай.

– Но кинжал не его. Я видел, как этот человек продал все, что у него было. За сутки бедняга спустил целое состояние…

– Именно так, – подтвердил Храбров. – У парня были проблемы со здоровьем. Он знал, что ему осталось жить считанные часы и погулял на славу. А затем резкий приступ и ужасная боль.