52 Гц

Он умел страдальчески вздыхать, смотреть глазами, полными печали всего ирландского рода, кататься по полу, выть, скулить, обижаться, дуться, пакостить и ускользать от наказания. Он был мастером эмоционального шантажа и грандмастером закатывания сцен. Сейчас этот косматый конь рывками бегал по заднему двору, подскакивал к бассейну, будто собирался броситься в него и утопиться, отскакивал и и взлаивал так, будто прощался с жестоким миром и сообщал ему свою последнюю волю. У Майкла тоскливо занудело в груди, он невольно свел брови.

— Он не любит, когда вы уезжаетесь, — сказал Иберо из-за камеры. — У него каждый раз потоп и убийство.

— Что сказала доктор Петерсон? Когда приедет?.. — Майкл пожирал глазами пересвеченную картинку, пытаясь по дерганому изображению понять, что не так с Бобби. — Он не хромает?.. Тебе не кажется, что он хромает? Ты смотрел ему лапы?

— Может, прихрамывается, — неуверенно протянул Иберо. — Вчера не было. Секретарь доктора сделала запись на шесть января.

— Что?.. Почему так долго?..

— Доктор Петерсон в Китае, она поехалась на конференцию по шарпеям.

Майкл сдавленно зарычал, взявшись за голову, потянул себя за волосы. Потом коротко бросил:

— Ладно. Не отходи от него. Что-нибудь придумаю.

Скайп схлопнулся с характерным бульком. Майкл сунул в рот новую сигарету, чтобы успокоить нервы. Сплюнул табак, перевернул. Смахнул пальцем список контактов, нашел иконку с героем кого-то из «Симпсонов», подписанную «Бранвен Левенворт, СЕО Хулиган Роботикс». Барабаня пальцами по столу, дождался, пока тот ответит на звонок.

На экране качнулся белый потолок с гроздью жизнерадостных воздушных шариков подозрительно вытянутой формы, отчетливо напоминающих надутые гелием презервативы. Черным маркером на них были нарисованы снежинки, снеговики и звезды.

— Первое января, мудила, восемь утра, — сказал за кадром сиплый голос Брана и сочно зевнул. — Че те надо в такую сраную рань?..

— Бран, проснись, есть серьезное дело! — позвал Майкл.

— Твою мать, — глухо пробормотал тот. Потом экран затемнила лапища Брана, послышался громкий шелест ткани, и в окошке Скайпа появилось лицо с заплывшими от недосыпа глазами.

Бран, как и десять лет назад, брился налысо. Говорил — привык. Говорил — его ссать как прет заявляться на деловые встречи в таком виде, отыгрываясь за все те разы, что он тусил на них в костюмчиках и при галстуке. У него был густой калифорнийский загар, короткая темная щетина на морде и татуировка от плеча до уха со стилизованным валлийским драконом.

— Че стряслось?.. — спросил Бран, держа телефон над собой, будто собирался делать утреннее селфи, как типичная звезда Инстаграма. На его татуированном плече сонно заворочалась чья-то макушка с голубыми и бирюзовыми завитушками.