Амалия. Книги 1-5

Амалия достала из ридикюльчика маленькие изящные часики, взглянула на них, приблизилась к большим часам, показывавшим двадцать минут седьмого, и спокойно переставила стрелки на час назад. Ей послышался хрип, в котором явно звучало негодование, но она не обернулась.

– Что я особенно ценю в немцах, – сказала Амалия мягко, задергивая шторы, – так это их пунктуальность. – Хрип сделался еще громче. – Просто поразительно, как доверчивы некоторые люди! Что, по-вашему, я делала в то время, пока вы спали беспробудным сном? Естественно, сначала обыскала ваш багаж, а затем вызвала портье и на всякий случай уточнила у него, когда отходит ближайший поезд до Гавра.

Амалия сунула свой билет в ридикюльчик, послала связанному пленнику воздушный поцелуй и по одному перетащила свои чемоданы к входной двери, после чего дернула за сонетку, вызывая слугу.

– Спите спокойно, мой безымянный друг, – сказала она немцу на прощание. – Я уже сообщила прислуге, что вы передумали уезжать, что вы адски устали и хотите вздремнуть, а значит, самое меньшее до утра вас никто не побеспокоит.

Хрип разом оборвался, словно пленник понял всю безнадежность своей борьбы и отказался от нее.

Амалия надела пальто, поправила перед зеркалом шляпку и, не думая больше о германском агенте, которого она обвела вокруг пальца, отворила дверь. Слуга уже ждал ее.

– Несите мои чемоданы вниз, – распорядилась Амалия. – И вызовите мне фиакр.

Сев в экипаж, она спрятала руки в муфточку и удовлетворенно улыбнулась. Пока все шло как по маслу.

– На вокзал! – сказала она кучеру. – Я тороплюсь на гаврский поезд.

Кучер понимающе кивнул и хлестнул лошадей.

в которой завязываются новые знакомства

Пароход дал гудок, и чайки, сидевшие на гаврской набережной, с пронзительными криками взмыли ввысь, заметались над водой.

Амалия, устроившаяся на палубе в шезлонге, достала часы и посмотрела на них.

«Ровно семь», – констатировала она.

Убрали сходни, подняли якорь, и «Мечта» стала медленно отходить от берега. Амалия вздохнула. Гавр нежно таял в голубой дымке, а вскоре и вовсе скрылся из глаз. Впереди лежали почти шесть тысяч верст путешествия через Атлантический океан и десять совершенно бесполезных дней, которые Амалия проведет в обществе своих попутчиков.

Бесполезных, ибо она уже успела убедиться, что Онорато Висконти на борту нет. Во всяком случае, в первом классе.

«Впрочем, нет, – тут же спохватилась она. – Я бы не стала обманывать людей только ради того, чтобы нажить себе врагов. Будь у меня эта замечательная «Леда», я бы избавилась от нее, продав за хорошие деньги, и зажила бы в свое удовольствие. К чему усложнять себе жизнь?»

– Прекрасная погода, правда? – произнес чей-то протяжный голос над ухом у Амалии.